Русская сказка

Папа следил, чтобы его семью окружали не просто богатые люди, а знатные. Во Франции с этим проблем не было, поэтому Париж ликовал. Князья Юсуповы гуляли по-русски шикарно, не думая о деньгах. Даже самые почтенные семьи после войны затянули пояса, стали скромнее или более скрытными.

Феликс Феликсович своего достатка не стеснялся, демонстрируя его на каждом шагу, восхищая молодых девушек и ущемляя молодых мужчин. Его жена, как и дочь, не чаяли в нем души. Ходили по дому на цыпочках, пока папа не проснется.

Это несмотря на тот факт, что его отдельная спальня была в самом дальнем крыле, и он почти никогда не выходил раньше обеда. Завтраки ему подавал слуга, который отличался молчаливостью. Никто не знал, чем он занимается и сколько времени на что тратит.

Для Анны Феликсовны он был самым близким и самым далеким членом семьи. Маленькая девочка усердно училась, чтобы папа позвал ее к себе в опочивальню и позволил провести немного времени с ним. Какая-то необъяснимо больная любовь окружала его всю жизнь.

Анна Феликсовна оплакивала потерю отца до сих пор, каждый день скучая по уверенной поступи его дорогих ботинок.

– Ты очень похож на прадеда, Феликс, – бабушка обняла внука, он был напряжен. – Что случилось?

– Кай опять просил денег, – Юсупов элегантно сбросил с плеч шикарный пиджак в тонкую полоску. – Всего несколько миллионов евро. Уверял, что в этот раз озолотиться, мои деньги вернулись бы троекратно.

– Ты дал? – она смотрела как внук наливает виски и садится в большое кресло с надменной улыбкой, вернувшей ее в детство.

– Конечно, нет. Никто не заслуживает второго шанса. Надо было пользоваться первым, – молодой человек взглянул на задумчивое лицо Анны Феликсовны и решил, что разговор о деньгах стоит прекратить. – Почему ты вспомнила прадеда? Я же ничего не забыл?

– Нет, просто ты всегда напоминаешь мне его.

– Знаю, ты говоришь об этом постоянно, с самого детства, – Феликс так и не решил, как относится к этому сравнению, поэтому всегда реагировал нейтрально.

– Как считаешь, поэтому ты стал таким? – ярко зеленые глаза смотрели на тлеющие поленья в камине. Вопрос был риторическим, но она видела свою вину в ожесточении внука.

– Смотря что ты имеешь ввиду? Чем я тебя расстроил, бабу? – почти незаметные английские звуки проскальзывали в его речи, отчего Анна Феликсовна тяжело вздохнула.