Пожалей ангела – будь счастлива

Помоги, – шептала Анфиса себе под нос.

Постояв ещё немного, с чувством выполненного долга Анфиса стала озираться по сторонам. Народу было много, каждый пришел в храм со своей печалью или радостью. «Эх надо бы бывать здесь почаще, да детей с мужем с собой брать», – подумала про себя Анфиса. И на этой ноте, стала медленно задом продвигаться к выходу.

– Женщина можно осторожней, – буркнула моложавая женщина справа.

– Осторожней, – уже заскрипел мужик, где-то слева.

– Да ты че офигела? – запричитал дед, на ногу которого она наступила.

– Извините, извините, я не хотела, простите, я уже ухожу, – Анфиса пробиралась к выходу, чувствуя себя виноватой со всех сторон. Наспех перекрестившись у выхода, она выскочила на улицу с красным от стыда лицом.

Домой идти не хотелось и Анфиса решила прогуляться. Рядом был парк, а день намечался быть хорошим. «Прогуляюсь», – решила для себя Анфиса и тяжело вздыхая, понесла свои килограммы в парк. Как же было хорошо, свежо осенним утром в парке.

Анфиса шла не спеша, раздвигая ногами пожелтевшую листву. Даже при лёгком дуновении ветерка листва кружила, сверкая своими осенними красками. Жёлтые, красные, оранжевые цвета сменяли друг друга, перемешиваясь в общей куче на земле. Никуда не надо спешить, что-то делать. Просто идёшь, просто живёшь, наслаждаешься сегодняшним утром, оно твоё. Серый плащ плотно облегал её фигуру, так сдавливая грудь, что даже было тяжело дышать. Но ничего, думала она: «Так кажусь стройнее».

– Ах, какая красная рябина! Как же её много! – воскликнула Анфиса от удивления.

Действительно, в парке, вдоль дорожки было очень много кустов рябины. Под каждым кустом стояло по скамейке, а ветви рябины так низко спускались, будто обвивали её с трёх сторон.

– Наверно, летом здесь очень красиво, когда всё зелено, – рассуждала Анфиса, -Для влюблённых парочек, самое то. Да и сейчас, при такой красоте, душа просто поёт, наполняется нотками счастья и свободы.

Облюбовав одну из скамеек, Анфиса решила присесть.

Не успела она приземлить своё тело, звук «чпок», и пуговица с груди со свистом полетела в листву.

– Блин, опять оторвалась, да что же ей надо, – буркнула Анфиса, разглядывая место приземления пуговицы на дорожку. Эта пуговица уже столько раз отрывалась, как будто хотела сказать: «Хватит меня уже душить петлёй, хочу на свободу, пустите меня». Вот и сейчас она в очередной раз понеслась в свободный полёт.