Парижское рабство

Они еще немного поболтали о разном, настроение Марьяны как будто улучшилось. Но, видимо, беспокойство, которое только что ушло от нее, поспешно перебежало к Саше. Теперь та начала задаваться вопросами: зачем забрали паспорта, почему не показали билеты, туда ли они летят? Измотанная внутренними терзаниями, она довольно скоро уснула и проспала почти весь полет.

Разбудил Сашу уже голос пилота, сообщавший через динамики, что борт готовится совершить посадку в парижском аэропорту Шарль-де-Голль.

Саше показалось, что она ослышалась, но, когда о том же сообщили уже после посадки, сомнения развеялись.

Пока длилась процедура получения багажа, она успела изрядно замерзнуть под местными кондиционерами, но зато на улице их встретила жара. Ждать долго не пришлось, довольно скоро к тому месту, где стояли девушки во главе все с той же Оксаной, подкатил белый микроавтобус.

За рулем сидел мужчина в потертой черной бейсболке. Когда он обернулся, Саша заметила на ней логотип известной баскетбольной команды «Чикаго Буллз» с красным разъяренным быком.

Под бейсболкой же волос не было совсем, из-под нее выглядывали только блестящие бока и затылок лысого черепа. Не удивительно, что мужичку хотелось хоть чем-то прикрыть свою беззащитную голову.

Ехать пришлось минут сорок, в течение которых Саша восторженно смотрела в окно, стараясь всем своим естеством впитать происходящее, чтобы потом, по прошествии лет, с упоением об этом вспоминать. Какой она была молодой, зеленой и наивной, когда начинала свое восхождение по этой скользкой, но благодатной карьерной лестнице…

Девушек привезли к небольшому особнячку, построенному в стиле хай-тек, с белыми стенами, высокими окнами и маленькой, но ухоженной придомовой территорией.

Войдя внутрь, они оказались в холле, из которого попали в просторную гостиную с камином, огромным диваном и множеством мягких кресел. Из этого помещения лучами расходились несколько коротких коридорчиков, которые, как позже выяснилось, вели к спальням. Еще была лестница на второй этаж, где тоже располагались спальни.

Рассматривая всю эту прелесть, новоприбывшие даже не заметили, как в гостиной появился новый персонаж – очень ухоженная женщина неопределенного возраста с шикарной копной кудрявых волос. При малейшем движении пряди подпрыгивали и содрогались, как пружинки, и, зацепившись взглядом за любую из них, оторваться было уже невозможно.