Медвежатник

И этот белый пиджак должен пробуждать силы, обтягивать хищные, как у акулы, ребра, являть напор, азарт, человеческую мощь. А на тебе он просто безыдейная тряпка!

Натаныч обиделся тогда не на шутку.

– Ты считаешь, что бездельники украшают жизнь? А люди труда?! Как я?! Мавр сделал свое дело, мавр может уходить! Или как тенор?! «Тем и сладок, что исчезает навек в кулисах»?! А на большой сцене ты в белом джинсовом костюме?!

Натаныч хлопнул дверью. Вышло нехорошо. И костюм от них обоих уже невозможно было подарить Михеичу.

Так он и остался в шкафу Егорыча. А тут бац! Свадьба. И костюм Михеичу в самый раз. В смысле к случаю.

Мишка поглаживал свой пакетик.

– Если честно, мне понравилась зеленоглазая ЛаРе. Может, она в душе поэт и есть. Как она все почувствовала сразу. Проникла в мою сущность, поняла, что я вождь.

Коля опешил, а Димка хмыкнул. Он присутствовал, когда Егорыч передал Дедушке слова ЛаРе. Она сказала: «Мальчики, вы все еще пребываете в детстве, вами по–прежнему управляет кто–то всесильный и неведомый из Страны плюшевых медведей».

Мишка принял все это на свой счет. Всесильный и неведомый. Вождь!

– Все, – сказал Коля, – Больше про наряды и прочую белиберду писать не буду. Споры из–за пиджаков выглядят мелко.

– Старик, ты Чехова уважаешь?

Коля вздрогнул от вопроса Димки. Он не был близко знаком с этим писателем.

– «Остров Сахалин», «Палата номер шесть», «Чайка», масштабный писатель, – продолжал Димка.

Он картинно расположился в дверях, выставив вперед ногу в новом замшевом ботиночке, – Так вот этот самый Чехов утверждал, что в человеке все должно быть прекрасно. И то, и се.

– И одежда? – с надеждой спросил Мишка.

– И одежда, – кивнул Димка.

Коля посмотрел на новые Димкины ботинки и задвинул свои ноги в нечищеных кроссовках.

– Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей, – Димка повертел своими холеными руками математика перед носами Коли и Мишки, те поджали лапы.

«Ну, ну», – подумал Мишка, – «Я не спущу обиды этому поэту. Тоже мне Пушкин нашелся». Словом, затаил Мишка плюшевую обиду.

Глава 3

– Следующий пункт, – сказал Дедушка суровым тоном и для солидности надел очки, почему–то солнечные, потому что обычные не носит. – Подружки невесты.

Все наклонились к листку с Дедушкиной формулой и признали, что без подружек нельзя.

– Но у Оли нет подружек! – сказал Михеич.