Легенда о Страхбоге

Сгоревшие волосы вновь отросли и были такими же густыми, как и прежде. Впрочем, все это не имело никакого значения, он и раньше не был красавцем. А вот Берека от насмешек горожан не спасали ни его добрые синие глаза, как у матери, ни то, что его отец славился в народе суровым нравом, непримиримым характером и мог покалечить любого, если бы у мальчишки появилось желание пожаловаться ему на обидчика.

«Он радость моя, он моя боль, – с горечью подумал отец. – Он вечное напоминание мне о моем горе».

Не желая больше слушать пьяные разговоры пирующих, воевода накинул на плечи шубу и спустился во двор.

На улице немного потеплело, в воздухе кружились крупные пушистые снежинки. Взглянув наверх, Зоран окинул мрачным взглядом ночное черное небо, выдохнул облако холодного воздуха и спросил пустоту:

– Наверное, уже готовишься сожрать чью-то печень? Как скоро мне ждать от тебя очередной «подарок»?

От грустных мыслей его отвлек громкий смех. У ворот стоял рослый деревенский мужик, который держал в своих руках огромную корзину, прикрытую овечьей шкурой.

Дворцовая охрана окружила его со всех сторон и перекидывалась с ним веселыми шутками.

– Борода? С чем к нам пожаловал? – поприветствовал знакомого Зоран и крепко пожал мужчине руку.

– Здорово, воевода! – со смехом отозвался Борода. – Да вот, ребятишек своих навестить пришел. Новый приплод принес нашему славному королю в подарок. Смотри, какие красавцы!

Мужик откинул с корзины теплую шкурку и с гордостью показал Зорану трех крупных щенков.

Одного из них он поднял за холку и покрутил в руке, чтобы все по достоинству оценили его «ребятишек».

– Единственная сука из всего приплода. Самая злобная и зубастая! Чуть подрастет и станет грозой медведя! – похвалился он.

Щенок тонко и жалобно пищал, но как только воевода взял его на руки, тут же с рычанием вцепился ему в палец острыми молочными зубками.

– Ах ты, зараза такая! – рассмеялся Зоран и, осторожно положив щенка в корзину, пригласил мужика следовать за собой.

 – Ну пошли, поставим твоих красавцев на довольствие.

– Потихоньку отучаю их кидаться на хозяина, но молодые еще, глупые, иногда не слушаются приказа, – по дороге на псарню рассказывал Борода. – Смотри, как морду мне расцарапали!

На лбу и на носу мужика красовались длинные глубокие ранки, и Зоран вновь рассмеялся.

– Значит, тебе тоже достается? Неделю назад меня Заза за пятку крепко тяпнула.