Лёд и пламя

Ей снова приснился очередной кошмар, сюжет которого она знала досконально, но каждый раз всё равно задыхалась в панике и кричала, когда снова и снова бежала от Степана Львовича вдоль стен темного коридора школы.

Вероника села, подогнув под себя ноги, и ещё раз обвела глазами комнату. Справа от неё располагалось большое окно с видом на умиротворённый покрывшийся льдом Финский залив, сосновый бор и ровные белоснежные сугробы снега, которые поблескивали серебром в лучах утреннего солнца. От такого вида её дыхание постепенно выравнивалось, а напряжение от плохого сна пошло на спад.

Тёмно-бежевые стены комнаты были заполнены светом, и золотистая люстра под потолком сияла, отбрасывая блики по всей комнате. Помимо кровати в комнате стояли ещё две прикроватные тумбочки и небольшой комод. Вся мебель была выполнена из тёмного массива дерева. На первый взгляд все смотрелось минимально и просто, но в этом было своё великолепие.

Вероника откинула одеяло в сторону и босыми ногами стала на пушистый ковер, ворс которого тут же просочился меж её пальцев.

Воспоминания прошлого дня пронеслись у неё перед глазами, возвращая девушке ощущение реальности происходящего. Она вспомнила, как приехала к Меньшиковым, заключила сделку со Стасом, как встретилась с Семёном, а потом…

А потом Стас проявил чудеса гостеприимства и предложил ей остаться на ночь у них. Его заявление было странным, особенно после угроз, в которых он обещал, что вся её семья поплатится вместе с ней, если она нарушит хоть один из пунктов их договора.

А после заявил, что если она хочет встречаться с его сыном, то должна будет подписать какой-то договор, в котором будут указаны все тонкости их соглашения.

Блеск! У неё даже не нашлось слов, что на это сказать, как и на его «чудное» предложение переночевать у них. Собственно она не хотела ночевать с ним под одной крышей. Не один нормальный человек не захотел бы. Его предложение было сродни тому, как если бы ей предложили остаться ночевать в логове змея. Да что там змея, в замке самого графа Дракулы!

Всё её естество противилось тому, чтобы остаться.

Здравый рассудок кричал, что нужно убраться отсюда, да поскорей. Прыгнуть в такси и уехать подальше. Любой нормальный человек наверняка так бы и сделал потому, что спать в одном доме с человеком, чьи угрозы ещё не успели до конца развеяться, оседая густым смогом по комнате и на её плечах, явно плохая идея. Но ведь речь сейчас идёт о Веронике, так что тут понятия о норме весьма спорны.