Простить, чтобы выжить

– Я не встречала таких людей, как Эдуард, – наконец призналась она. – Он очень любит жизнь! Всегда помогал людям, которые его окружали. В него невозможно не влюбиться. С ним было так весело! Мы собирались пожениться, – Оксана вдруг осеклась и прикусила губу.

Саша удивленно вскинула брови.

– Но он был женат на маме.

– Мне кажется, он готов был жениться на всех женщинах, которых встречал, – ловко ушла от ответа девушка.

– Так ты знаешь, где он сейчас?

Оксана пожала плечами.

– Нет. Если бы знала, была бы рядом с ним.

Его телефон не отвечает, я постоянно ему звоню. Наверное, поменял номер. Когда он исчез, моя… моя жизнь тоже кончилась. Я до сих пор так считаю.

– Прости, – выдохнула Саша, – я не хочу делать тебе больно… Просто хочу понять, почему мама ушла из жизни. Возможно, она тоже без памяти любила этого человека, а он ее бросил?

– Не бросал он ее. Собирался ехать с ней на Алтай, поэтому нанял менеджера в фирму. Он собирался ее продать. Все было сделано с согласия твоей матери.

– А тебе не кажется, что Эдуард – мошенник? Мне не хочется говорить об этом, но факты…

Слезы брызнули из глаз Оксаны.

– Мошенник? – сдавленно охнула она. – Знай ты его, не задавала бы подобного вопроса.

– Значит, Эдуард был честным? Тогда почему он исчез?

– Не знаю, – призналась Оксана. – Подожди, я сейчас.

Оксана выбежала из комнаты и вскоре принесла поднос с двумя чашками и печеньем. Она все аккуратно расставила на журнальном столике перед диваном.

Саша молча наблюдала, как Оксана разливает чай.

– Прости, мне надо было сразу предложить тебе чай, но лучше поздно, чем никогда. Должно быть, смерть мамы – ужасное испытание для тебя?

– Конечно, я просто в шоке.

Оксана протянула Саше чашку, и сама отпила глоток.

– Скажи, ты меня презираешь за то, что я была его любовницей?

– Презираю? Нет, ты же не была любовницей моего парня. Но я бы так не смогла, – ответила задумчиво Саша. – Как можно делить любимого с другой женщиной? Скажи, а ты занималась с ним тантрическим сексом?

Оксана вздрогнула так сильно, что пролила чай на платье.

Лицо стало белее снега.

– Тебе плохо?

– Нет… Нет… Все в порядке, – лепетала она, промокая чай салфеткой. – Я не думала, что… – Она замолчала и больно прикусила губу.

Дружелюбная атмосфера внезапно изменилась, словно в комнате вдруг похолодало.

– Ты была с Эдуардом дольше всех, поэтому я и спросила. Если тебе неприятно, можешь не отвечать.