Королева зимнего бала

Но даже со спины вид у неё был до такой степени неприступный, что подходить к ней никто не решался. А Вере так, наоборот, хотелось, чтобы кто-нибудь спросил у неё, что случилось, заговорил бы, отвлёк, рассмешил. Но кто об этом догадается?

Физкультурник вновь свистнул в свисток, призывая построиться. Как гордый крейсер «Варяг» Вера прошествовала к своему месту в строю, спокойно встала. И услышала:

– Герасимова, мы будем новогодний вечер устраивать. Если пойдёшь, с тебя пятьсот рублей и ёлочная гирлянда.

Это Катя Марысаева, стоящая на несколько человек впереди Веры, шептала ей за спинами девчонок.

– Ты знаешь, Марысаева, я буду занята, – с деловым видом заявила Вера.

– А, ну ладно… – и Марысаева, кажется, совершенно не расстроилась по этому поводу.

После физкультуры, в кабинете географии Марысаева уже носилась с косметичкой, в которую складывала собранные на новогодний вечер деньги, и списком. В него она вносила сведения о том, кто что должен на этот вечер принести.

Список, как она пояснила, поможет всем не забыть, кто за что отвечает. И спросить потом чтобы было с кого.

– Так, Герасимова не идёт… – мельком взглянув на Веру, проговорила Марысаева и вычеркнула Веру из своего списка. – Столбиков, тогда ты ёлочную гирлянду принеси. Нужно несколько гирлянд, мы их по стенам развесим – получится настоящая дискотека.

Кирилл Столбиков что-то промычал про то, что лишней гирлянды у него нету. Но Марысаева показала ему маленький изящный кулачок, прошипела: «Так купи!» – и Столбиков покорно вздохнул.

Катька переключилась на девчонок, которые должны были заниматься покупкой напитков и сладостей для праздничного фуршета. Это она придумала, что будет фуршет – а не как раньше в младших классах: каждому по бумажному стаканчику, пирожному, леденцу и яблоку, и чтоб за чужие порции не хватались! Все ведь теперь взрослые, а фуршет, когда подходи и бери, что хочешь – это круто…

Не обращая больше на её суету внимания, Вера уселась за свою парту – в компанию всё к тому же флегматичному Столбикову.

Влетела географичка – начался урок.

…По рядам кто-то передавал записку, сидящий впереди Миша Севастьянов шлёпнул её перед Верой. «ГЕРАСИМОВОЙ» – с удивлением прочитала Вера на сложенной вчетверо бумажке. Что и говорить, артисткой она стала замечательной – ни один мускул не дрогнул у неё на лице, когда девочка, почему-то заволновавшись, осторожно раскрыла бумажку.