Письмо счастья

– Тонь… – сказал он, с явным трудом подбирая слова, – Ты какая-то такая… Ты очень такая… Можно, я тебя… отряхну? А то джинсы-то жалко…

И он показал на грязные коленки Тониных джинсов. Джинсы эти предназначались для школы – и были к тому же и парадной одеждой. Их действительно было жалко.

Тоня с облегчением вздохнула. Отряхнуть – это ничего не значит, это можно.

Явно легче стало и Ваське – и он быстро принялся смахивать грязь с Тониных коленок.

– И руки давай! – скомандовал он, беззастенчиво поплевал на Тонины ладошки и стал тереть их одна об другую.

Слои засохшей грибной слизи, ставшей чёрной, скатывались с катышки и улетали прочь. Скоро на ладонях и пальцах показалась чистая кожа. А Василий, забыв, что надо торопиться, самозабвенно продолжал тереть.

– Всё, Вася, я дальше сама! – Тоня выдернула руки. – Ехать надо. И вообще…

– Что?

– Давай как-нибудь по-простому… – теперь уже Тоня, обычно рассудительная, не знала, как лучше сказать. – Давай просто как друзья. А то я буду волноваться и непонятно что про тебя думать.

Договорились, Вась?

– А что ты будешь думать? – яркие вишни Васиных глаз бешено вспыхнули.

– Я ничего такого особенного про тебя не хочу думать, – твёрдо сказала Тоня, не отводя взгляда. – Но или мы просто дружим. Или придётся совсем не общаться.

На лице Васьки стала медленно появляться улыбка.

– Ты там у себя в Москве я не знаю чего навыдумывала, – сказал он. – Или у вас там народ какой-нибудь с подвыподвертом. А у нас всё просто – что думаешь, то и говоришь.

Что говоришь, то и делаешь. И если там что-то такое чувствуешь…

– Ничего не чувствуешь, – Тоня снова топнула ногой и схватила Васю за пуговицу куртки. – Или мы спокойно договариваемся, или одна девочка берёт свою сестру и уходит от тебя лесом.

Было видно, что она не шутит – и действительно уйдёт в свою деревню лесными тропинками, раз пообещала. Поэтому Василий, который так и не понял, что же не так он сказал, тут же закивал:

– Договариваемся, Тонь! Я ж ничего такого, я ж просто хотел, как лучше… Джинсы почистить…

И Тоне в очередной раз стало стыдно.

Какая же она всё-таки вредная, злобная и неинтересная! Вот, конечно, и подтверждение тому, что из таких девочек и вырастают барышни, которых называют «синий чулок». Когда-то об этом Тоня в дамском журнале прочитала, когда разгадывала тест, и вышло, что она этот несчастный «чулок» и есть. Из всех описаний характеров, которые приводились в списке результатов, этот был самый противный.