Балкания

Неудивительно, что к концу ужина все неплохо набрались.

– Прошу в курительную! – позвал Марк. – Туда же подать кофе!

В зале с диванчиками и креслами стояли турецкие кальяны, на столах – кубинские сигары, чашки с белым порошком. Через десять минут дым стоял коромыслом.

Президент и его четыре четверти куда-то испарились. Оставшиеся разбились на группки: что-то серьезно обсуждали, над чем-то заразительно смеялись. Только Стефан чувствовал себя по-прежнему напряженно. Достаточно осторожный в новой обстановке, он сознательно ограничивал себя в горячительном и совсем не притрагивался к белому порошку.

– Не думай, у меня есть грудь. Это из-за чертова кителя не видно. Вот, потрогай!

– Я вам верю!

С другой – молодой чиновник, отвечающий за балканские телекоммуникации, моргал невероятно длинными ресницами:

– Вы уже были на улице Новой Демократии? Днем? Давайте прогуляемся вечерком, получите огромное удовольствие… Нет, лучше сразу поедем ко мне! У меня в горах шикарный особняк! Там мы сможем обсудить.

Его прервал Марк, объявивший:

– Господа, а теперь увеселительная часть! Прошу спуститься в наш мягкий атриум.

Все потянулись к дверям, у которых с одной стороны стоял обнаженный юноша с голубыми волосами, а с другой – такая же обнаженная девушка с розовыми. Кто-то брал из их рук золотые маски, кто-то отмахивался:

– Не нужно!

Стефан поспешно извинился перед собирающимися что-то сказать собеседниками:

– Коллеги, я на минуточку оставлю вас!.

Он не успел придумать, как вести себя дальше в этом клубе. Поэтому просто сбежал. Его выпустили, как и впустили, беспрепятственно.

На улице было темно и тихо. Стефан, задумавшись и слегка покачиваясь от выпивки, не спеша пересек пустую площадь, свернул на свою улицу. Услышал негромкие шаги за спиной, но не обернулся:

– Да, Боян, идем отдыхать!

Шаги тем временем звучали все ближе и ближе.

– Да не беспокойся ты так!

Через несколько секунд услышал в ухо негромкое:

– Третьим будешь?

Стефан остановился, соображая, вслушиваясь в песенку на английском с балканским, но незнакомым, не похожим на выговор Бояна акцентом:

– «Три журналиста пошли коверкать Слово. Один из них разбился. Другой подавился, а третий.»

В ГОСТЯХ У ДОКТОРА ФАУСТАСА

Неожиданно незнакомец отпрянул и бросился прочь.