Гаур

Будто месяц не было секса.

– Какого черта ты пялишься на мою грудь, извращенец! Отпусти меня сейчас же!

Возбуждение накатило внезапной волной, сбивая дыхание, и я с хрипом в горле отвечаю ей, едва касаясь губами её жарких губ:

– Отпущу, когда поумнеешь.

Наклонившись к её уху, зачем-то шёпотом озвучил на родном языке своё дикое желание, в надежде, что она ни хрена не поймёт:

– Если бы не эта чертова свадьба, я бы взял тебя с огромным удовольствием прямо здесь и выбил бы из твоей головы всю дурь, чтобы гонор поубавился.

Не льсти себе, детка, но продолжения у нас не будет.

– Что ты сказал? – надрывно дыша, переспросила сиплым голосом.

– Ты всё слышала, – отстраняюсь от её лица, любуясь румянцем, расползающимся по милым, бархатным щёчкам.

– Допустим, я поумнела, – раздражённо фыркнула и, прищурив глаза, добавила:

– Остальное потрудись перевести на русский. И встань уже с меня, я больше не буду брыкаться. Твой однорогий Быкотавр забодал мне всё, что ниже живота!

Язва! Где ж тебя дед достал такую? Мне бы только пережить выходные с девчонкой под одной крышей.

В понедельник выясню подробности на счёт её подруг и отвезу по месту назначения.

– Погода, говорю, отличная. Из-за тебя весь праздник ушёл коту под хвост, – раздражённо ворчу, нехотя отпуская её запястья. С лёгким разочарованием убираю руку с лица. Раз не поняла, так и к лучшему, наверное. – Прогуляться на корриду хочешь? Заодно решим куда тебя отправить. Выходка деда из ряда вон выходящая.

Мне всё это совсем не нравится.

– Гаур? – друг явился неожиданно, застукав нас в интересной позе. – Что за шум? Ты в. ис. ки не…сёшь? А..?? Что… за??

Блять! Вот какого черта приперся? Только с Марго разборок не хватало. На родственницах не лежат с эрегированным членом в штанах. Мать вашу! Как же всё не вовремя то!

Елена

Не обижусь, если кто-то посчитает меня сумасшедшей, распущенной дурёхой, вляпавшейся в неприятности, не успев спуститься с борта самолёта на трап.

Попала, что называется, с корабля на бал – по дороге растеряв своих подруг, так и не добравшись до гостиницы. И вместо того, чтобы сейчас попытаться придумать хоть какой-то план возможного побега с вражеской территории, я лежу в чужом доме на этой твёрдой пищащей поверхности, придавленная напряжённой грудой мышц и таю от умопомрачительного аромата тела незнакомого мужчины, мысленно смакуя звучание странного прозвища.