Моя неидеальная женщина

Как он умудрился «укротить» свой бешеный пульс до семидесяти ударов в минуту за короткое мгновение, в то время, когда во мне колотится каждая клетка, словно барабанная кожаная мембрана после шквала драйвовых ударов? Ровное дыхание мужчины плавно качает мои ладони. Я всё ещё не могу прийти в себя после запоздалого испуга. Всё так же пялюсь на его чётко очерченные губы цвета пепельной розы, не способная собрать в кучу разбежавшиеся мысли.

Сомкнутый упрямый рот на фоне слегка отросшей щетины на мгновение одарил меня снисходительной улыбкой.

– Тебе урок на будущее, гороскопщица – негромкий, но твёрдый голос прозвучал, как только эта «каменная скала» пошевелилась, опустив тёплую ладонь на мою шею.

Подушечки пальцев Матвея мягко надавили на артерию, замерев на быстро бьющейся жилке. Чуть погодя большой палец погладил подбородок и контур нижней губы.

Чувствую себя загнанным в угол кроликом. Тяжёлая аура полковника медленно окутывает, связывая по рукам и ногам, лишает возможности сопротивляться.

– Не стоит игнорировать мою помощь, Анастасия. Не рекомендую, девочка, – большой палец сильнее вжался в уголок губ, растянув эластичную кожу, скользнул по всей длине, затрагивая влажный внутренний край нижней губы. Затем вернулся обратно на шею.

Наглость этого человека меня поражает. Что он скрывает за маской невозмутимости? К чему все эти слишком интимные касания? Чего он хочет от меня? Я даже в мыслях боюсь предположить, что родственник Дмитрия может оказаться извращенцем.

– Что всё это значит? – попыталась выдержать потемневший прямой взгляд. – «Внимание! Вы окружены любовью! Предлагаю сдаться!?» Так, что ли? Уберите от меня свои руки сейчас же. Вы просто поражаете своей сверхнаглостью! – с презрением прошипела я, оттолкнув от себя его мощную грудь.

Матвей даже не отступил. Слегка качнулся, как неваляшка, и вернулся в прежнее положение.

Во мне поднялась злость. Сжав ладони в кулачки, я попыталась дышать глубже и не частить, но волны ненависти к этому человеку всё быстрее накатывали к моему горлу, заставляли противиться каждую клеточку в теле. Я его почти возненавидела. Почти.

– И как? Пульс проверили? Для возбуждённой женщины он, по-моему, не слишком завышен. Или…

– А как для пугливой? – резко перебил он меня.