Белая Башня. Хроники Паэтты. Книга I

– А вот мне до сегодняшнего дня – ни разу! – буркнул Бин.

– Ладно, парень, я серьёзно – можешь меня отпустить. Я дойду, всё в порядке. Пойду домой, отосплюсь, – Кол сделал вполне успешную попытку освободиться, и на этот раз действительно устоял на ногах.

– Никуда ты не пойдёшь, Кол! Точнее, пойдёшь с нами! – отрезала Мэйлинн. – И нет у тебя никакого дома!

– С чего ты это взяла? – опешил Кол. – Есть у меня дом…

– Почему же тогда я слышу фальшь в твоём голосе? – полюбопытствовала лирра. – Идём, и без разговоров! Я обещала тебе таверну, и я тебя туда отведу!

– Не перечь ей, дружище, это бессмысленно, – Бин всё-таки стал придерживать неуверенно бредущего Кола за локоть.

 – Понимаешь, это у неё такое хобби – спасать людей. Не поверишь – сегодня она вытащила меня из петли. Причём в прямом смысле слова.

– Ну ничего себе! – восхитился Кол и, внезапно остановившись, уставился на тёмную тень, которой сейчас была лирра. – Нет, ты положительно самая странная девушка из всех, которых я видел.

А ведь я однажды видел женщину с тремя грудями!

Мэйлинн фыркнула, чуть не подавившись хохотом, к ней тут же присоединился Кол, а спустя мгновение, неожиданно для самого себя, их поддержал и Бин. Так они и хохотали, как сумасшедшие, стоя посреди темной грязной улочки, и этот хохот, казалось, вымывал из них всю усталость и все передряги минувшего дня. Пару раз смех вроде бы стихал, но то Мэйлинн, то Кол вдруг взрывались новым приступом хохота, моментально заражая остальных.

Отхохотавшись, Кол картинно оттёр глаза, и весело воскликнул:

– Ну что, пошли купаться?

***

Когда они добрались до реки, уже перевалило за полночь.

На протяжении пути Кол всё ещё слегка заплетающимся языком сыпал прибаутками, рассказывал всевозможные истории из личной жизни, половина из которых была очевидной для Бина и Мэйлинн выдумкой, но которые были так уморительны, что Бин то и дело держался за бока, а Мэйлинн тёрла ладонями скулы, которые уже болели от постоянного смеха. Лёд между ними и Колом растаял без следа, и даже Бин сейчас искренне радовался такой отличной компании.

Труон открылся нашей троице, когда они вышли из-за угла последнего прибрежного дома. Весь левый берег, насколько хватало глаз, был застроен деревянным настилом, по сути – длинным полумильным причалом. Днём тут кипела жизнь. Это были так называемые Доки, ещё один район Нового города, получивший название от прибережных построек, служивших и складами, и ремонтными мастерскими.