Февраль. Завтра уже весна

Детишки угомонились и начался урок. Начался-то вроде бы неплохо, но, как оказалось, удачным из всего было только приветствие учителя классу, на всё остальное смотреть было можно, только испытывая испанский стыд перед детьми и коллегами. Завуч, отбрасывая свои чуть вьющиеся русые локоны с плеч, сидела достаточно спокойная, как будто не происходило никакого преступления против детей.

Хотя даже Оксана, опешив от смотримого, оторвалась от телефона и следила за ходом урока.

– Вот вам и курсы, – вздохнула Регина Станиславовна, намекая на то, что педагогического образования у этой учительницы начальных классов нет.

И тихонечко вышла, не в силах досматривать то, что происходило.

В завершении этого дня, физик, находясь под впечатлением всех произошедших событий, быстренько накатал недвусмысленного содержания статейку в "Подслушано в нашем городе", где в ироническом тоне описал "один день из жизни учителя". Упомянул там и про списанное оборудование, которое волшебным образом превратилось в новейшее, и про перепечатки грамот для аттестации, и про уроки неквалифицированных педагогинь.

Статейку тут же опубликовали, полгорода моментом отлайкали, а на следующий день, как только физик пришел на работу, секретарь Ирина, увидев его, пискнула из глубины коридора:

– Юрий Алексеевич, к директору зовут.

Там физику вынесли выговор.

– За что? – возмутился он, – оборудования нового нет, педагоги такое творят – документы подтасовывают, а выговор мне?

– У вас доказательства, Юрий Алексеевич, имеются, если вы такое утверждаете, – Парировала по -деловому директор.

– Да это ж все, весь коллектив видит. Я и предположить не мог, что такое в стенах школы....

– Как бы не было, – перебила Людмила Михайловна физика, – мне скандалы в школе не нужны! И статью свою....

– Правдивую! – Вклинился физик.

– Мерзкую! – Кричала директор, – Уберите!

Юрий Алексеевич хотел что-то возразить, но Людмила Михайловна предупреждающе подняла руку:

– Ещё раз подобная выходка, Юрий Алексеевич, и я покажу вам на дверь! – Подвела она итог их беседы.

Людмила Михайловна руководила этой школой уже более двадцати лет и постепенно, сама того не замечая, скатывалась к маразматизму в работе. Действительно скандалы она не любила, иные точки зрения не принимала, и всё, что не касалось введённых ей в школе инноваций, обсуждать и тратить на это время не желала.