Февраль. Завтра уже весна

Часть 2

Глава 1

Юрия Алексеевича кто-то тряс за рукав; сознание постепенно начало проясняться, он открыл глаза. «Хорошо, что очухался, – первое, что подумал он, – и плохо, что снова здесь» Рядом стояла Анюта, пытаясь его поднять:

–Эй, эй, вставай, говорила же быстрее нужно, медлить никак нельзя…

Она подала руку, чтобы помочь ему встать. Ничего страшного, правда, с ним не случилось – жив, цел.

– С непривычки я, это.. – проговорил физик, отстраняя её руку: с чего вдруг ему помогать.

Аня выпрямилась, отступила назад.

– Долго я здесь? – Спросил он, поднимаясь

– Минут тридцать всё длилось.

– И что, часто так бывает?

Аня ещё немного отступила назад, недоверчиво и с тревогой посматривая на собеседника:

– Каждый день..

– Каждый день? – Удивление его было настолько искренним, что у Ани впервые промелькнуло в душе что-то вроде доверия.

– Вы правда, что ли не из города и не из… – шёпотом спросила она, пытаясь подобрать нужные слова, но подходящие слова к описанию данной ситуации, никак не находились.

– Да, – ответил физик, – сам в шоке, но это так…

– Аня! – Звонко раздалось в подъезде. Капитолина Сергеевна высунулась из квартиры и деловито осмотрела молодежь.

Перед Юрием Алексеевичем предстала немолодая женщина в пуховом платке, повязанном под грудь, в ворохе длинных юбок, надетых друг на друга, и обрезанных валенках, в народе такие называют чуни. Усталое впалое лицо её было изрезано морщинками, но удивительны на этом лице были большие голубые глаза.

Скорбь и потери состарили её, но ничего не смогли сделать с красивыми лучистыми глаза, пусть и такими печальными сейчас.

Аня вздрогнула и, улыбнувшись, скрылась за дверью. Грозная Капитолина Сергеевна зашла за ней и демонстративно с шумом щёлкнула замком. Юрию ничего не оставалось, как на свой страх и риск, отправляться в увиденную им комнатку, оказавшейся открытой в соседней квартире.

Ему стало уже ощутимо холодно в кожаной приталенной курточке, пусть и модной для его времени, поэтому, увидев в комнате висящий тулуп из овчины, не думая переоделся.

Тулуп был значительно длиннее, что отчасти согревало и ноги. Предусмотрительно достал из внутреннего кармана бутылку, глотнул прямо из горлышка и спрятал за ножкой кровати. Усталость и впечатления морили. Свернув свою курточку, сунул её под голову и лёг на кровать, почти сразу же заснув.

Разбудило Юрия Алексеевича чью-то присутствие, уловимое сквозь сон. Он открыл глаза.