Первый секс – это больно

Исключением были волосы: если кудри отца только начинали серебриться у виска, то слегка волнистые волосы его товарища блестели сединой, покрывая всю голову, что отнюдь не делало его стариком, даже наоборот – эта особенность завершала образ, образ серьезно настроенного человека, но не чурающегося праздного образа жизни и различных авантюр.

Поначалу девушка, стеснявшаяся новых знакомств, закрывалась от бесед и готова была прятаться, как страус прячет в песок голову, от взгляда мужчины.

Отец временами обращался за помощью к товарищу, если тот был свободен, присмотреть за дочкой; постепенно в ней росла смелость, страх открыться и присущее с детства целомудрие и боязнь даже говорить о чем-то безнравственном отходили на второй план.

Они со Степаном немало шутили, кокетничали на грани флирта, но границ дозволенного не нарушали. Каждое появление Степана в доме ознаменовывалось для Нади едва ли не праздником, которого она долго ждала, но который известен лишь ей.

Она строила планы на день встречи: подбирала темы для бесед, чуть ярче красила губы, подбирала менее прикрытые наряды; чем ближе мужчина и девочка становились друг для друга, тем выше от колена бежали ее платья.

Бунтовство девственницы

В один из таких дней Надя открыла для себя: она уже долгое время испытывает то, что называют влюбленностью. Чувство, чуждое ей, в силу воспитания и избирательности отца в отношении круга общения для своей вечной маленькой дочери.

Одновременно с этим с ее чувства напоминали желание вкусить запретного плода, пойти наперекор отцовским взглядам, не приносившим девочке ни практической пользы, ни душевного покоя.

Когда Степан уезжал, то, казалось ей, желание должно сходить на нет, но их разлука принуждала ее к обострению ощущений, к одержимости идей, что попробовать этот плод необходимо. Вдоль и поперек насытившаяся своим образом жизни, она укреплялась в намерении отобедать влекущим блюдом в компании человека, умеющего его готовить, и при мысли о котором, трудно сдержать рефлекторное слюноотделение.

Трудно сказать об интересе подобного рода со стороны Степана, но обладающий опытом взаимоотношений между женщиной и мужчиной, он наверняка считывал сигналы симпатии в свою сторону, а посему старался отдаляться, завидя их, в угоду сохранения его партнерской, ставшей дружеской, коммуникации с Ростиславом.