Чародейка 3: Перевёрнутый мир

А потом, когда я по магическому следу к землянке Бояны с благодарственными словами пришла, она меня ещё раз огненными клинками приложила с перепугу, но её можно понять – не каждый день к тебе на порог с поклоном полудемон воскресший является.

Потом мы наконец-то сели у костра и поговорили по душам.

– Отчего в твоём будущем другую историю про дни нынешние знают, мне неведомо, – честно призналась старушка. – Здесь всё так, как есть, и по-другому не было. И почему ты обратно восвояси не можешь убраться, я тоже не знаю.

А потом она подтвердила то, что я и без неё прекрасно знала, только почему-то предпочла думать иначе – демонам верить нельзя. А старой ведьме с заточенными зубами, значит, можно. С другой стороны, я ей и правда без надобности – её всё в жизни устраивает.

Зато она мне оказалась очень даже нужна – с её-то знаниями о природной магии. Она к границе Каркаптуса близко не подходила, потому что боялась неизвестного, а мне очень хотелось понять, насколько сильно я оказалась обманута.

По границе точно очень сильная магия воздуха шла, в этом я была абсолютно уверена, но что это за магия? У меня только знания Прави и Нави, стихийной магии меня не учил никто, поэтому Бояна в тот момент представлялась мне даром небес. Она одарённая, а не чародейка. Самоучка, которая никогда не касалась посмертия. В моём будущем таких и не было вовсе, все по чуть-чуть магию Нави в своих целях пользовали.

– Я туда не полезу, даже не проси, – последовал категорический отказ, когда я попросила ведьму разобраться в структуре того, что Витолий называл блуждающим временем.

– Тогда меня научи. Я формулы быстро запоминаю.

– Со стихиями договариваться надо уметь, они твоим формулам подчиняться не станут, – насупилась Бояна, но по выражению её лица я поняла, что хотя бы от скуки ведьма очень даже не прочь заиметь себе ученицу.

* * *

Это была честная сделка. Бояна мне знания, а я ей – удивительные истории о будущем, которые она переиначивала на свой лад и выкладывала по вечерам благодарным слушателям-селянам, получая за это хлеб, молоко, яйца и всякую-всячину для себя и своего более чем скромного жилища.

Учила она примерно так же, как сказки свои рассказывала – медленно, с чувством и невероятно увлекательно. Я могла бы просто забраться к ней в голову и почерпнуть оттуда все нужные мне знания, но процесс обучения мне нравился чуть ли не больше, чем ожидаемый результат.

Жили мы порознь.