Легенда о золотых драконах. Часть 1

Эти червячки одним концом прикрепляются изнутри к чешуйке, а другим прорастают в драконью кожу так глубоко, что поражённая чешуя при линьке не выпадает – её можно только с мясом вырвать, как ноготь из пальца. А сок подгорника стимулирует процесс отторжения заражённой чешуи с точно такими же ощущениями. Чем больше цветков попадёт в пасть дракона, тем больше чешуи он потеряет, и тем сильнее будет боль, которую он при этом испытает. Представляешь, да, каково было Ветру? А я всё понять не мог, почему он в последние дни всё время ворчит, стонет и постепенно звереет.

Я очень долго учился разводить зелье так, чтобы в получившемся растворе сока было ровно столько, сколько содержится в определённом количестве цветков, поэтому ошибиться не мог, а сейчас вдруг обнаружил, что мой дракон облысел больше, чем наполовину, хотя потерять за последние дни он должен был не больше тридцати маленьких чешуек. Исходя из этого, у меня к тебе всего три вопроса. Первый – кто надоумил тебя это сделать и дал зелье? Сама бы ты до такого точно не додумалась. Второй – где остатки этой отравы? И третий – кто поил зельем дракона и выбрасывал из клетки чешую?

Пыла у Таирии после этого монолога заметно поубавилось – видимо, всё-таки поняла, что совершила какую-то невероятную глупость. Но упрямства, увы, меньше не стало. Вместо того, чтобы ответить на вопросы жениха, леди Эгри гордо вздёрнула подбородок и заявила:

– Я тебя выслушала. Прощай, Маркус. Я еду домой.

Он вздохнул, отвернулся и устало посмотрел на покачивающийся от ветра купол шатра.

– Хорошо. Уезжай. Только учти, что у драконов очень хорошая память на запахи, и Ветерок наверняка помнит, как пахнет человек, причинивший ему столько боли. Мы выпустили бедолагу поохотиться, и в клетку я его, пожалуй, больше запирать не буду. Если ты ни в чём не виновата, значит, утром мы будем складывать погребальный костёр для останков кого-то другого. Хотелось бы, конечно, обойтись без жертв, но… Ладно, забыли. Извини, если я не прав. И не выходи на улицу, если всё-таки прав.

Маркус встал с тюфяков и направился к выходу. Ему хватило всего одного короткого взгляда на побледневшую и застывшую невесту, чтобы понять, что это именно она напоила дракона зельем. Когда Колехорт проходил мимо, Таирии всё же хватило ума схватить его за рукав и виновато признаться в содеянном – жить-то хочется.

– Не злись, – попросила девушка и нежно провела рукой по щеке Маркуса, заметив, как на виске жениха нервно подёргивается тонкая жилка.