Ба

«И ты смеешь говорить, что я жила не так? – Алёна припомнила мой давний укор. – У меня не было ни одной дороги, а перед тобой открыты тысячи! Я хотела бежать из деревни изо всех сил, но боялась смерти. А ты чего боишься? Кем ты станешь через год?»

«Заткнись, мне и родственников хватает с их вечными расспросами про универ! – от злости я сжала перила балкона. – Я не знаю, что мне делать, ясно? Не знаю, и всё! У меня просто нет ни одного таланта, и я знаю, что ничего не добьюсь…»

«Мне указывать ты горазда, а на деле… – Алёна поцокала языком.

«Как это?» – встрепенулась я, а Луна вышла из-за тучи.

«Раз ты заранее махнула на жизнь рукой, то позволь прожить её мне, – с улыбкой в голосе сказала Алёна. – Тебе легко было давать советы со стороны. "Беги в поле!" "Езжай в город!" Да вот во всамделишном мире такое люди не вытворяют, они остаются дома и плачут каждую ночь в подушку. Так и я советы давать горазда! А ты, может, посмелее меня? Может, научишься слушаться советов?»

«Хочешь указывать мне как жить?» – обалдела от наглости я.

«Ага! – весело сказала Алёна. – Раз тебе всё равно как жить, то я помогу!»

Я глубоко вздохнула. За стеклянной дверью балкона на кровати мучалась Саша, а под окнами слонялись пьяные туристы. На самом деле, мне не хотелось сюда ехать, вот если бы поход в горы… Но просто было неудобно отказывать родителям и Саше.

«А давай!» – махнула рукой я.

Глава 2

С того дня началась совсем иная жизнь, больше похожая на шоу, которое наблюдаешь в цирке, находясь за безопасной решёткой, пока дрессировщик на сцене засовывает голову в пасти тиграм.

– Зачем тебе это? – удивилась Саша в аэропорту Анталии, откуда мы возвращались в Россию. Подруга поймала меня на покупке газеты на турецком языке.

«Купи её, – сказала Алёна. – Я хочу выучить арабский».

– Фотографии посмотрю, – улыбнулась я Саше и пробила газету на кассе.

«Да я же ни одной буквы их не знаю!» – возмутилась я мысленно, пытаясь разобрать заголовок на первой полосе.

«Ха, да басурманский язык выучим в два счёта! – усмехнулась Алёна. – Так, одна палочка похожа на цифру один. Так, а эта закорючка выглядит совсем как… эта закорючка… и как эта. Понятно, лингвистом нам не быть».

«Эй, так никто не учит языки!» – подумала я.