Ба

– Невозможно узнать всё, – зло сказала я в телефон. – Ты сведёшь меня в могилу, пытаясь учить термодинамику параллельно с генетикой!

«Но именно эти дисциплины могут открыть происхождение жизни и материи!»

– Оу, – неловко замолчала я. – Серьёзно? Происхождение жизни и материи? Ты нацелилась на это? Тогда почему мы не учим философию?

«Это давно мёртвая наука, – отмахнулась Алёна. – За три тысячи лет никакого прогресса. У меня есть свой план, и тебе придётся в нём участвовать».

– Знаешь, что я думаю? – горько вздохнула я.

 – Что эти научные штуки попросту бесполезны. Если хочешь узнать мир, нужно путешествовать, общаться с людьми…

«У тебя нет для этого денег», – едко заметила Алёна.

– Ну давай тогда я пойду работать после школы!

«Вот видишь, ты не знаешь, как поступить… – вздохнула Алёна. – Поэтому прошу, успокойся и доверься мне».

– Да какого чёрта я должна тебе верить? – снова закричала я. – Ты хочешь разрушить мою жизнь!

«Посмотри на себя со стороны, кем ты была до меня? Троечницей, спускающей карманные деньги на косметику и шмотки.

Сериальным задротом, тратящим сутки на просмотр чуши? А посмотри теперь! Одна четвёрка за триместр, и та по дурацкой литературе. Мы сдали пробный ЕГЭ по математике на восемьдесят шесть баллов! Но я уверена, мы продвинемся минимум на десять баллов вверх! Мы поступим в Бауманку, и я считаю, займёмся теоретической физикой для начала».

– Для начала? Это не то, чего я хотела… – тихо сказала я, прижимаясь лбом к холодному стеклу. – Я никогда… не чувствовала себя настолько одинокой…

Рядом бегала бродячая собака, скуля от мороза и поджимая лапы.

Я села на корточки, прижимаясь к витрине, и моя сумка упала на замёрзшую лужу. Собака спокойно обнюхала её и, не найдя ничего вкусного, убежала. Я вдыхала полной грудью промозглый воздух и оранжевый свет от фонарей, чувствуя себя, как на другой планете.

«Тихо-тихо, – прошептала в моей голове Алёна, таким редким для неё добрым голосом. – Я ведь рядом с тобой, и всегда буду рядом. Ты всё сможешь преодолеть, я обещаю».

Я хлюпнула носом и почувствовала, как ледяные слёзы стекают по щекам и впитываются в шарф.

«Всё будет хорошо, – продолжала Алёна, и я сжала ладони, представляя, что одна из них принадлежит не мне, а ей. – Ты очень сильная и со всем справишься. Потерпи, пожалуйста, до экзаменов, а потом станет легче, я обещаю»

***

Легче не стало: я почти не спала, ела, только когда мне об этом напоминали, и круглосуточно зубрила-зубрила-зубрила.