Нити судьбы

 – Дайте я вам хотя бы волосы расчешу и косу заплету, а то… ну… в таком растрёпанном виде…

Мэй кивнула и позволила хозяйке заняться волосами, пока Дарен убирал посуду со стола. Волосы у неё были длинные, ниже пояса, чёрные, как смоль, кудрявые и ужасно непослушные. Молоденькая служанка Нора, которую Мэй выбрала себе личной прислугой по настоянию лорда, по утрам тратила довольно много времени на то, чтобы привести эту гриву в порядок. Высоких замысловатых причёсок Мэй не носила, иначе на их сооружение уходило бы по полдня.

Одна коса или две – этого было достаточно.

Девушка не представляла, на что похожа её голова после вчерашнего приключения, но, слушая охи и вздохи радушной хозяйки этого гостеприимного дома, от всей души ей сочувствовала. Тария с большим трудом распутала заплетённую накануне косу и принялась расчёсывать длинные пряди изящным костяным гребнем, который Мэй сама подарила ей по случаю рождения первенца.

Ей тогда было всего двенадцать, и она ужасно радовалась, что у этих добрых людей наконец-то родился свой собственный ребёнок.

– Ох, а тут колючка запуталась, – снова охнула Тария. – Представляю, что подумали бы ваши гости, явись вы перед ними с такой копной на голове…

– Гости? Какие гости? – Мэй почувствовала, как по спине пополз неприятный холодок.

– На рассвете в замок верхом прибыли двое мужчин, – отозвался Дарен, который уже справился с наведением порядка на столе после завтрака и теперь разложил на нём свои инструменты, проверяя их остроту.

 – Я их никогда не видел раньше, но лица у обоих были очень злыми. Особенно у того, который помоложе.

– Может, это помощь из Гоотарна уже приехала? – предположила Тария.

– Вряд ли. Гонец прискакал ночью и сказал, что они только собираются в путь. Они не могли приехать так быстро.

«Чарси! Мерзавец! Только бы они ничем не успели навредить дедушке!»

Мэй вскочила с табурета и опрометью кинулась к выходу из дома, не обращая внимания на то, что оставила клок волос в руке опешившей от неожиданности Тарии.

Она босиком мчалась по узкой деревенской улочке, перепрыгивая на ходу через гусей и кур, гонимая страхом за жизнь старика, беспомощно лежащего в своей постели.