Приворожённые

С картошкой, яйцами, курицей и огурцами, которые мама выложила на стол сразу же после того, как проводница забрала билеты. Это было забавно, потому что мы плотно пообедали прямо перед тем, как ехать на вокзал. И все так делали. Всегда. Куда бы и когда я ни ехала. Только сели в поезд ? сразу надо есть.

Маргарита тоже кормила меня пирожками почти сразу после отправления. Я подозрительно покосилась на соседа с верхней полки, который сидел напротив меня по другую сторону столика и рылся в своей спортивной сумке ? неужели тоже сейчас еду достанет? Не то, чтобы меня это сильно заботило, просто я вдруг почувствовала, что ужасно проголодалась.

Видимо, съеденный на вокзале беляш уже успел перевариться.

– Чай будете? ? поинтересовалась проводница где-то у меня над головой.

– Да, спасибо, ? кивнула я.

– С лимоном?

– Нет, просто чёрный с сахаром.

– Тогда двадцать пять рублей. А вы? ? она перевела свой взор на моего соседа.

– Нет, спасибо, ? ответил он, не поднимая головы.

– Значит, один чёрный с сахаром.

Чьи дети бегают? ? гаркнула проводница так, что у меня зазвенело в ушах.

Откуда-то со стороны туалета прибежала взъерошенная мамочка, изловила своих хохочущих пострелят, извинилась и скрылась в обратном направлении.

– Чай будете? ? раздалось дальше по проходу.

– Печенье, шоколад, напитки… ? донеслось с противоположной стороны.

Середина дня… Я подумала, что если так будет продолжаться и дальше, то к вечеру от моей нервной системы вообще ничего не останется. А выходить мне только в три часа ночи.

– Извините, вы ложиться не планируете? Не против, если я тут немного поработаю? ? поинтересовался сосед, выудив наконец-то из сумки планшет и толстый блокнот.

Я пожала плечами и уставилась в запотевшее окно, по которому снаружи стекали капли дождя. М-да, не видно, как говорится, ни зги.

В купе через проход дородная тётка прицепилась к мужчине средних лет, рассказывая ему о своих больных суставах и откровенно намекая на необходимость поменяться местами, поскольку билет у неё явно был на верхнее.

Увы, нижнее место напротив мужчины занимала его благоверная, которая сочла своим долгом рассказать попутчице о болезнях своего мужа, категорически отрицающих возможность карабкаться наверх. Пока они спорили, парень со второй верхней полки застелил постель на своём месте и улёгся поверх одеяла, заткнув уши наушниками. Самый разумный человек.

– Ваш чай, ? на столике передо мной образовался стакан в железном подстаканнике.