Жизнь за жизнь

После развода Роза Антоновна очень сильно изменилась, причём не в лучшую сторону, и общаться с ней стало очень сложно. Матери о своём деликатном положении Юля не говорила – опасалась, что реакция будет резко отрицательной. И посоветоваться не с кем, потому что все друзья и подруги остались где-то в прошлой жизни, а навязываться… Зачем? Была бы нужна, хоть кто-нибудь пришёл бы осенью в больницу проведать, но, кажется, разрыв Сашей отношений положил конец и всем дружеским связям тоже.

– Между прочим, он тоже имеет отношение к этому ребёнку, – проворчала Юля себе под нос, наблюдая за девочкой, которая ползала по газону на четвереньках, собирая букетик из одуванчиков.

 – Если хочет стать отцом, поеду за консультацией к Турину. Ну а если Саше это триста лет не надо… Тогда пошло всё к чёрту!

Да, струсила. Да, переложила ответственность за принятие ответственного решения со своих плеч на Сашины. А что ещё оставалось делать? Любой другой в таких обстоятельствах… Любой другой не оказался бы в таких обстоятельствах, и Юля прекрасно это понимала.

Магические способности не раздают налево и направо, а источником всех её проблем были именно они.

* * *

В марте Саша говорил Розе Антоновне о своём намерении уехать к родственникам в Сургут. После этого уже больше двух месяцев о нём не было никаких известий, и Юля давно пришла к выводу, что её дважды несостоявшийся жених всё-таки покинул родной город. Судя по настойчивому «абонент недоступен» автоответчика, Александр ещё и номер телефона сменил, но когда и кого это останавливало? У него есть отец, и они наверняка общаются.

Улица Садовая утопала в сочной майской зелени. Кое-где ещё цвели плодовые деревья, но большинство из них уже осыпалось невзрачными сморщенными лепестками на тротуары, на которых в это время буднего дня прохожие встречались редко. Где-то неподалёку жужжал триммер, и Юля очень живо представила, как жёсткая леска сбивает яркие соцветия весенних сорняков, оставляя за собой почти голую землю, покрытую лишь тонким слоем измельчённой травы.

Черный остов сгоревшего дома Рысковых она увидела издалека. С грустью вспомнила об Олесе и её матери, пострадавших, а потом и погибших по вине Сашиной матери. Саша рассказывал о том, что на суде Рысков обвинил Светлану Борисовну в поджоге, за что и отомстил ей. «Он видел, как мама что-то бросила через забор, а потом дом загорелся. Бред полный. Возгорание внутри произошло», – ворчал тогда Александр.