Жизнь за жизнь

Рабочий день у Геннадия Алексеевича Морозова заканчивался ровно в восемнадцать часов, и пятнадцать минут на то, чтобы дождаться его у входа – сущий пустяк. Прогуливаясь по вечерней аллее перед больницей Юля думала о том, что иногда телепатия может быть очень полезной. Да, нехорошо копаться в чужих мыслях, но что делать, если по-человечески добиться желаемого не получается. Она ещё раз потянулась мыслями к Саше и остолбенела, явственно услышав в своей голове одновременно Сашин и чей-то женский голос, говорящие одновременно: «…Каша.

Вкусная, с маслицем. Кушай, Саша, кашу. Ложечку за маму, ложечку за папу…»

Юля зажмурилась и помотала головой, пытаясь справиться с наваждением. Перед глазами стояла чёткая картинка – яркая лампочка под потолком, зелёная краска на стенах, решётка на окне и Светлана Борисовна в сиреневой медицинской спецовке с колпаком на голове и с тарелкой в руке. «У него галлюцинации», – поняла Юля и обречённо вздохнула.

Геннадий Алексеевич вышел из административного здания в двадцать минут седьмого.

Юля всё ещё ждала его, хотя уже не была уверена, что ей это действительно нужно. Догнала на парковке у больницы, подошла, поздоровалась, представилась Сашиной невестой.

– Невеста? – заинтересовался доктор, и Юля невольно перехватила его мысль о том, что она могла быть причиной категорического нежелания его пациента жить.

– Если честно, я не уверена, что он хотел на мне жениться, – призналась девушка. – Сделал предложение, а потом разозлился, что я его приняла.

Говорил, что не хочет со мной жить, но я его приворожила. Мы в начале марта заявление подали в ЗАГС, но он через пару дней сообщил моей маме, что уезжает в Сургут и оставляет мне право выбора.

– Какого выбора? – уточнил Геннадий Алексеевич.

– Приехать к нему туда или забыть о его существовании, – пожала плечами Юля.

– И вы предпочли забыть?

– Я предпочла не забивать себе голову его бзиками. Это уже второй раз, когда он меня незадолго до свадьбы бросил.

Первый был в прошлом году. Я бы и сейчас сюда не приехала, но, как выяснилось, я от него беременна. Хотелось бы знать, наследственное у него заболевание или нет.

– Нет, – покачал головой доктор. – У него тяжёлая затяжная депрессия, но это лечится.

– А вы разрешите мне с ним повидаться? – закинула удочку Юля.

– Зачем? – нахмурился Морозов.

– Ну, я же от него ребёнка жду. Вдруг это поможет как-то вернуть ему интерес к жизни.