Марина М. по дороге к себе

До меня медленно доходило осознание: я знала, что у этого человека в трусах и на полках в ванной, а вот дальше – потемки. К сожалению, мы не прошли все стадии узнавания друг друга, а прыгнули сразу в постель.

Современный мир так устроен – диктует правила, что в сексе на первом свидании ничего страшного нет. Секс может оказаться залогом чего-то большего. Но реалии жизни другие. К сожалению, очень тяжело переформатировать страсть в постели в серьезные отношения. До интимной близости у нас было как минимум пять встреч, но взять лопату и докопаться до сути Андрея я забыла.

Да и как можно копать, когда в мозгу гейзер из шампанского бьет и ты в дурмане от любви?

Я заметно нервничала, теребила замок на сумке, но сдаваться не собиралась.

– Получается, я о тебе ничего не знаю. Ничего! А ты не стремишься мне что-то рассказать, поделиться. Скажи, легче проигнорировать? Легче не усложнять отношения, так? Зачем глубина, поплаваем на поверхности и разойдемся?

– Слушай, – Андрей оперся локтями о стол.

 – Я тебе только что рассказал то, о чем не говорят вслух и перешептываются в коридорах сотрудники. Разве этого мало?

– Конечно, мало, – меня понесло, и я перешла чуть ли не на крик. – Ты никогда ничего не рассказываешь и не спрашиваешь. Приходишь, утыкаешься в бумаги, с кем-то обсуждаешь важные вопросы, а со мной – ничего! Со мной не нужно говорить о серьезном? Ты меня считаешь игрушкой для секса, приятным бонусом рядышком, который можно любить? Так? Так, Андрей?

Желваки его ходили, он злился.

Но мне всё равно. Если я не выговорюсь, то точно достучусь до небесной канцелярии и все их законы про мужчин, женщин и любовь спущу вниз к Люциферу. Я себя знаю!

– Нет, не считаю, – твердо ответил мужчина.

– Да? Что-то незаметно. Андрей, а как же жили в горе и радости?

Брови его поползли вверх. Наверное, я загнула. Рано говорить про свадьбу, мы ещё на берегу договориться не можем.

– То есть я не говорю о замужестве и прочем, – я остановилась. Мне не хватало воздуха.

 – Я имею в виду участие: и в горе, и в радости. Как я могу понять тебя, а ты меня, если не знаю, что происходит? Я не могу так жить. Не могу… Ведь моему близкому человеку, человеку, которого я люблю, всё равно что у меня случилось. Мне некому рассказать про работу, погоду и гормоны. Тебя не интересует моя жизнь. Господи, я тону!

Я опустила голову. Отчего-то стало стыдно смотреть ему в глаза. Горло душил комок из слез. Я не знаю, как выпускают пар мужчины.