Рождественская перепись

Вот, товарищ уполномоченный и привезёт, – я сочиняла на ходу. Калев Янович подхватил:

– Как раз, тёзка, мне надо в Морозовку с проверкой. Мы закончили в основном. Иди сюда, вот тут, смотри, проверишь. А я пройдусь по домам и помощницу нашу отвезу. Пешком далекко, а она после тифа ещё слабая.

Я натянула на толстые носки кроссовки. Рябов стрельнул глазами, мол, что за боты странные? Я ответила, что это экспериментальная обувь для бегунов, мне как значкисту ГТО доверили испытывать.

– А пальтишко чего значкисту не выдали? Мужик, что ли, тебя гонял, босиком удрала? На-ка, возьми мой тулуп, назад пришлёшь с Иванычем.

И шапку возьми. Значкист. Знаем мы вас, бедолаг. Пятерых уж за перепись мужья побили.

Ехали по скрипучей санной дороге, задыхаясь от морозного воздуха.

– Я скажу детям, что вы из Собеса, – начал Калев Янович.

– Зачем? У меня медучилище. Не работала, правда, толком, всё по сборам. Но профессия есть. Товарищ Ыхве, сколько там детей?

– Старшему, Петру, шестнадцать. Остальным 11, 9, 5, 3 и полтора.

Шестеро.

– Ясно. Тифозный барак.

– Может быть, немного рано волнуетесь, Оксана Андреевна.

– Ничего не рано. Там надо дезинфекцию делать, анализы у детей взять, пресечь распространение болезни. Хлорки я где-то могу раздобыть? И вообще, медики есть в районе?

– Подумаем.

Я роюсь в сумке и протягиваю ему стерильный пакет с многоразовой маской и перчатками, купленный по дороге в волость:

– Держите. У нас там вирус, у вас тиф. Много общего, – меня просто разрывает от досады на происходящее.

 – Прежде чем войти, наденьте. В контору вернётесь, верхнюю одежду на вшей осмотрите и проморозьте хотя бы. Руки обязательно с мылом вымойте.

– Какк скажетте. Вот их дом. Приехалли.

10.07.2020, пятница

Три дня поисков ничего не дали, и ему пришлось писать заявление о розыске Оксаны Андреевны Ефимович. Виктор Павлович искренне недоумевал, за что ему это наказание в преддверии выборов. Нет, ну взять и потеряться! Куда это годится? Такой пакости у него в волости ещё не бывало.

И ведь обшарили все закоулки, просеяли речку через сито, проверили все выгребные ямы и заброшенные погреба, и даже одиноких алкашей допросили с пристрастием, – нет как нет. Постылая баба она и есть постылая. От расстройства Виктор Павлович принялся изучать альтернативные методы поисковой работы. В интернете он нашёл много загадочных специалистов и диковинных метод, но не рискнул к ним прибегнуть, отчасти из-за вопиющего прейскуранта.