Твоя роковая ошибка

Мне снова не верилось, что вот-вот настанет день, когда я разорву почти все связи с мужчиной, которого я любила долгих семь лет.

Семь лет, это, вроде бы, довольно мало, но вместе с этим непростительно много. И вот что мне делать с воспоминаниями, которые связывают меня и Егора? У меня их такое огромное количество, что кажется, что если я от них избавлюсь, я просто сотру из памяти все эти семь лет, словно их и не было.

Но если я всё происходящее переживала с боями, запрещая себе грустить и пытаясь сосредоточиться на своей жизни, уже даже подбирая работу и планируя своё будущее, то сын с дочкой чувствовали себя в квартире моей мамы просто прекрасно.

Кирюша так вообще только один раз вспомнил о папе, что вызвало у меня облегчение, что он не страдает из-за его отсутствия, и грусть, что родной отец не уделял ему достаточно внимания, что бы ребёнок к нему привязался. Но несмотря на это я всё ещё не знала, как я заведу с детьми разговор про их папу и всё им объясню. Конечно же, не сейчас, они ещё слишком маленькие, Светочке вообще только недавно два годика исполнилось, но ведь этот разговор всё равно состоится и я боюсь, что он может быть очень непростым.

Когда же наступил заветный четверг, время тянулось как резина, словно специально желая меня помучить и поиграть на моих нервах. Всё утро я не могла ни на чём сосредоточиться и совсем не представляла себе, что скажу Егору при встрече, не говоря уже о том, как мы будем обсуждать алименты и всё прочее. И это при том, что за день до этого я всё для себя решила, составив мини-сценарий своих действий.

– Милая, ты так нервничаешь потому что до сих пор его любишь? – услышала я тихий голос мамы.

– Конечно же нет. Как я могу любить человека, который чуть ли не в буквальном смысле вытер об меня ноги? Скорее я разочарована и… напугана.

– Напугана? – Мама подошла ко мне, приобняв за плечи и мягко улыбнувшись. В её серых глазах читалось столько любви и поддержки, что я смогла немного успокоиться. – Ты боишься, что с Егором придёт его мать?

– Нет, просто после стольких лет брака мне как-то страшно смотреть на собственного мужа и не узнавать его, видеть перед собой совершенно чужого мне мужчину.

Я уже предчувствую, как неловко мне будет рядом с ним.

Но стоит признаться, что теперь я не только боюсь увидеть в некогда любимых карих глазах отстранённый холод, но и встретиться с Натальей Григорьевной. Вот зачем мама про неё напомнила? Я ведь так удачно не вспоминала о ней все эти дни.