Кровная месть

Он совсем не благороден, Черный пес готов наслаждаться страхом женщин во время захвата. Но сейчас все было иначе.

Его плоть возбудилась от одного прикосновения к невинному телу, но инстинкты не вопили о немедленном удовлетворении. Он ощущал какое-то извращенное удовольствие от отсрочки, тем более ее реакция обещала большее. У Кроула снесло крышу, когда он принялся целовать каждый открытый участок тела. Рот и нежные губы, впервые познавшие грешные поцелуи, шею с бьющейся жилкой в изгибе, сжавшиеся от возбуждения вершины грудей, темнеющие на фоне белоснежной кожи.

Это сводило его с ума, и он хотел остаться таким – потерявшим разум, с клокочущим сердцем и упоенно растягивающим сладострастную пытку.

В этот момент на его голову обрушилось что-то тяжелое.

– Прости, – прошептал тихий девичий голос.

Глава 3

Два года спустя. Особняк графа Розефальд.

– Леди Тарина, ваше сиятельство! – разбудил голос горничной.

Молодая девушка заботилась обо мне, внешнем виде и очень переживала, если из прически выбивался хоть один волосок.

К моему пробуждению одежда всегда выглажена, подобраны туфли к домашнему платью, а вода для умывания подогрета.

Я ценила ее старания, а потому не огорчала верную наперсницу. Сколько пришлось пережить в последнее время!

По королевству прокатилась волна разбоя. Она началась в замке герцога Даркар, но на этом не остановилась. Поначалу резню в замке приняли за чью-то личную неприязнь или сведение счетов, но через неделю нападение повторилось на маркиза Трильдау.

Сей достойный муж успел спастись, в отличие от семейства герцога. Там только руины остались от монументального строения. Говорят, но это строго по секрету, наемники убили всех мужчин, а потом совершили насилие над женщинами, и только после этого маг довершил злодеяние, ударив зарядом по родовому гнезду самых влиятельных аристократов. От их замка только оплавленные камни остались. Даже если кому-то удалось спастись, они не смогли выжить во время крушения.

– Леди Тарина, их сиятельство ожидает в столовой, – приятная улыбка скользнула по губам горничной.

– Благодарю, Марна, – ответила ей с теплотой.

Сиятельство – это граф Розефальд. Когда я появилась на пороге особняка старца без средств, но с письмом его отверженной дочери, то старик, а точнее кровный дедушка принял меня с распростертыми объятиями.