Сказка о зеленоглазой колдунье и семи богатырях

Семеро братьев давно приучили к своей наготе, все погодки, росли вместе, так что голый князь меня не испугал, скорее разбудил какое-то другое чувство, которое постаралась загнать подальше, в предвкушении мщения его нахальству.

Князь залез ко мне в воду и опустился на дно, протянула ему холщевую ткань.

– Спинку помой, – повернулась к нему спиной и посмотрела на Матерь Сва.

Птица пришла в движение: волшебство работало. Князь сначала неуверенными движениями, а потом, немного освоившись, стал спокойно мыть меня.

– С волосами поможешь? – проворковала ему, в прищуре наблюдая за Матерью Сва.

Князь с готовностью расплел мокрую косу и принялся намыливать и перебирать локоны. Приятно так было, что я закрыла глаза и мне даже показалось, что я дома, в свой бане, и моет мне волосы наша банница. Замурлыкала привычную песенку.

Легкий поцелуй в висок, потом за подбородок повернул лицо к себе и впился губами, руки стиснули грудь, прижимая к себе. Дыхание у меня закончилось, настолько был долгим поцелуй, руки волновали, в груди зажегся огонь и расползался по телу, зажигая и ослабляя одновременно.

Руки князя прошлись по моему телу, словно исследуя новую территорию, возвращались и уже уверенно себя вели, как будто тут их законное место. Я не сопротивлялась, мне было приятно и интересно. Ощущения были новыми и необычными, а еще была уверена в Матери Сва, да и волшебство работало.

Князь потянул и пересадил лицом к себе. Волосы его, как тогда у ручья, намокли и вились прядями, глаза уже не искрились, а сверкали золотыми искорками, казалось, скоро полыхнет пламя.

И оно полыхнуло, и у него, и у меня. Я приникла к его губам, не в силах оторваться от него. Игорь поглаживал поясницу, прижимая к себе всё теснее, заставляя дышать глубже. В остывающей воде мне становилось все жарче. Обняла его ногами, так казалось удобней, Игорь подхватил меня и приподнял, стараясь посадить удобнее.

В этот момент Матерь Сва слетела к нам и тюкнула сначала князя по темечку, а потом меня.

Мы оба ойкнули и стали тереть макушки, морщась от боли. С меня пыл сразу сошел, удар птицы пришелся вовремя, потому что в этот момент просто забыла, что я ведьма, и у меня сила не улеглась.

Князь зло посмотрел на птицу, которая несколькими взмахами крыльев вернулась обратно под потолок.

– Вот так, князь, – сказала довольная, – Матерь Сва говорит, что не жена я тебе.

– Что она понимает, птица деревянная? – прошипел на нее князь обиженно.