Ворожея. Выход в высший свет

И в тот же миг все вокруг замерли в ожидании ответа. Мама смотрела тревожно, отец свел брови к переносице, и даже слуги замерли на местах, стараясь не пропустить ни слова.

– Нет, что ты! Он мой наставник, – рассмеялась на их реакцию.

Я бы хотела рассказать о Кристофе. Ведь именно он называл меня своей невестой, но официального предложения так и не успел сделать. Уже привычно вздохнула, вспомнив погибшего жениха, и промолчала о нем.

– А так похож… – протянула Милька.

– Миль, я прохожу у него практику, и мне осталось всего полгода быть рядом с ним, – потрепала сестру по плечу и направилась в столовую, где уже расставляли тарелки.

Какими большими показались комнаты родного дома после того крохотного пространства, что делила на пару с наставником!

– Клер, расскажи об Эмире Броссаре. Как он тебе? Что за человек? – мягко попросила мама во время завтрака.

«Эгоистичный, живущий по своим собственным принципам, не считающийся с правилами хорошего тона» – тут же промелькнула краткая характеристика мэтра Броссара.

– Сначала мы с ним не сошлись характерами, – были мои первые слова, привлекшие всеобщее внимание. – Я не ожидала, что под именем Эмири Броссар окажется мужчина, и, прибыв в Арт, назвала его «уважаемой метрессой».

Фыркнула от смеха, вспомнив Николаса, предложившего кинуть мне медяшку, если в его присутствии назову ворожея «метрессой». Ох, и позабавился он тогда за мой счет.

– Да? И как он на это отреагировал? – полюбопытствовала мама.

– Хотел кинуть боевое заклинание, – рассмеялась я.

– И кинул? – Это уже Милька с азартом в глазах.

– Не успел, – веселилась я. – Я прокричала, что выпускница школы и приехала к нему на практику. Тут выяснилась другая подробность. Оказывается, мэтр Броссар в заявке сделал приписку о практиканте парне со специализацией «ворожба». Но я-то на это внимания не обратила, загоревшись идеей побыстрее закончить практику.

– Ох, Клер, – покачал головой папа, не разделяя моего энтузиазма.

– Ой, пап. Даже не представляешь, как нехорошо, – согласилась с ним, уплетая с аппетитом сладкую молочную кашу и поглядывая на ватрушки, ожидающие своей очереди. – В первое время столько было недоразумений, а потом ничего. Договорились. Мы же люди взрослые.

– Вот именно. Взрослые, – с нажимом отозвался отец.

– Не начинай, – отмахнулась от его слов.