Лисий капкан

 – Держи!

– Это что? – скривила губы Кристина.

– Ментоловое печенье. Очень вкусное. Я по две упаковки в неделю съедаю, – посмеялась я и распечатала упаковку.

– М-м-м… Вкусное! – причмокнула Кристина. – Где покупаешь?

– В Ярике. В магазине со всякими финскими штучками. В Вологде нет такого отдела. Очень жаль. Я бы скупила, наверное, всё печенье.

После небольшого перекуса я думала, что мы пойдем дальше в сторону дома культуры, но нет. Кристина достала из маленького рюкзака зеркальце, тени, тушь, помаду, румяна и положила всё это рядом на бетонном блоке.

Затем начала красить веки темно-фиолетовыми тенями. Я присела рядом.

– Не успела дома накраситься?

– Угу, как бы не так! – фыркнула она. – Мои предки запрещают мне краситься так, как мне нравится. Легкий макияж, едва заметный, – покривлялась она, изображая, скорее всего, маму. Ляпнула на щеки жирные точки тонального крема. – Мой дом как тюрьма: музыку громко слушать нельзя, потому что бабушке мешаю. – Кристина размазала тональник и принялась за ресницы.

 – Гулять строго до десяти, заниматься с репетитором… – Обвела губы ярко-сливовым карандашом. – Говорю же, тюряга!

Захлопнув зеркало, достала тюбик с умывалкой и несколько ватных дисков.

– Перед тем как пойти домой, смою! – засмеялась она и принялась складывать косметику обратно в рюкзак.

Кристина сняла джемпер приятного мятного цвета и, небрежно скомкав, сунула его в рюкзак. Осталась в сером топике выше пупка, на котором красовалась провокационная надпись: «Мне не писаны законы», а белые джинсовые шорты подняла повыше – так, чтобы ягодицы торчали.

– Последний штрих!

Она сняла с запястья резинку для волос, подошла к машине, припаркованной у подъезда, и, глядя на свое отражение в стекле, завязала волосы в пучок.

– Готово!

– Вот это преображение, – восхитилась я.

– Я всегда так делаю. Ведь если Костик увидит меня в образе девочки-паиньки, то бросит не раздумывая.

– Твой парень?

– Да. Полгода встречаемся. Костик уже поступил на первый курс института.

Он старше меня на два года.

– Ясно.

После того, как мы выяснили, кто где учится и кому сколько лет, вообще не знали о чем говорить. Молча шли за домами по безлюдной аллее, ведущей к дому культуры. Я, чтобы скрасить тишину, говорила какую-то ерунду вроде «а вот этого магазина здесь, кажется, раньше не было». В общем, собеседник из меня получился никудышный и, наверное, до боли скучный.

– Значит, наши бабушки дружат? – поинтересовалась я.

– Ага.