Лисий капкан

Она беспокоилась о себе. Точнее, что я расскажу своей бабушке обо всем, и тогда ей придется за это ответить.

Ты завтра пойдешь в полицию? – спросила меня Кристина, когда мы ехали домой. – Ты всех нас сдашь, да?

– Никуда она не пойдет. – Сокол положил одну руку на мое плечо, второй, погладил по волосам. – Правда, терминатор? – Он закурил сигарету, сделал затяжку и выпустил дым прямо мне в лицо. – Ты же умная девочка и наверняка не хочешь, чтобы у твоей любимой бабули сгорела квартира. Поэтому ты соберешь свои вещички и уедешь.

Куда там? В Ярославль? Уедешь и забудешь о том, что здесь произошло.

Когда я вошла домой, бабушка спала в кресле, держа в руках мобильник. Я выключила телевизор и тихо прошла в свою комнату. Первая мысль, что пришла ко мне в голову, – позвонить Максу. Я уже набрала номер. В трубке раздались гудки, но я вовремя опомнилась и нажала на сброс. В голову забрались картинки, как Макс убивает одного за другим. Знаете, это могла бы быть идеальная месть. И, пожалуй, единственная.

Ведь я всегда знала, что плечо моего брата надежнее любого автомата. И помочь мне мог только он, учитывая, что мне не стоило тратить время на заявление в полицию, зная, что у Сокола там всё схвачено. А вот Макс – да, он не станет разбираться, кто причастен, а кто нет. И у кого отец работает в органах – его бы это точно не остановило. Если я расскажу ему, что они со мной сделали, то уже через два часа он будет здесь… А уже завтра его посадят за тройное убийство. И на его жизни и карьере боксера можно ставить жирный крест. Я хорошо знала брата: он не оставит на них ни одного живого места.

В шестом классе мой одноклассник запер меня в мужском туалете, а потом две недели лежал в больнице со сломанной челюстью. Макс не знал меры, когда встречался с моими обидчиками.

Я плакала в душе, смывая с себя запах Сокола. Сходила в туалет как будто битым стеклом. Боль была дикая. Невыносимая. Но физическая боль – ничто по сравнению с тем, что творилось внутри.

И тогда я поняла, что осталась один на один с тем, что со мной сделали.

Рассказать родителям тоже не могла. Они, конечно же, пойдут в полицию, и естественно вина Сокола не будет доказана – его отмажет отец. А я буду думать, как там бабушка, не горит ли вместе со своей квартирой?

В ту страшную ночь я не сомкнула глаз до самого рассвета. Утром бабушка вошла в мою комнату. Мне пришлось извиниться и соврать, что мы были на дискотеке в доме культуры, и я потеряла счет времени.