Последний бой Лаврентия Берии

 – Попытается установить связь с волей.

– И как бы ты поступил, если бы вел расследование?

– Обычно, – пожал плечами чекист. – Пусть следствие ведется максимально жестко. Только учти: бить Берию надо осторожно, здоровье у него никудышное, откинуться может. А параллельно, по какому-нибудь частному вопросу, я бы подсунул ему другого следователя, этакого лопушка, которого вербануть – раз плюнуть. Едва ли он устоит. А лопушку надо дать соответствующее задание – подставиться и отдаться. Ну, а когда мы выйдем на людей Берии, найти архивы будет уже техническим вопросом.

Вам ведь Лаврентий для этого нужен, вы же не процесс с ним будете готовить…

– Молодец, Ваня, – засмеялся Хрущев. – Вот что значит специалист! Так и поступим.

Когда Серов вышел из машины, Хрущев махнул шоферу, давая знак поворачивать к дому, откинулся на сиденье и засмеялся:

– А еще говорят, судьбы нет, а есть один материализм. Одно к одному: предлог мне товарищ Маленков предоставил такой, лучше не надо. Да и о процессе мы подумаем.

Потом, когда уже не будет нужды бить осторожно…

Квартира писателя Ситникова. 23 часа 30 минут

– Машенька, – прошептал Николай. – Выпроваживай.

На долю жены писателя выпала сегодня нелегкая задача. Она спроваживала уже четвертого визитера, объясняя: мол, к Коленьке приехал друг из Сибири, по каковому поводу он так зверски пьян, что разговаривать с ним бесполезно. При этом слезы у нее были вполне настоящими. Она очень, от всей души жалела Николая Петровича – так звали Берию в этом доме.

Он бывал здесь, – собственно говоря, квартира Ситникова являлась еще и конспиративной квартирой Министерства госконтроля, – проводил встречи с агентами. Всегда вежливый, приветливый, никогда не забывал принести Маше конфеты, которые та самозабвенно любила. А пятилетний Валерка души в «дяде Коле» не чаял и, едва тот приходил, сразу же залезал к нему на колени. Так он и беседовал с агентами, не спуская мальчугана с рук. Как-то раз он сказал Маше, словно бы извиняясь: «Мальчик – это хорошо. А у моего сына две дочери, они больше с бабушкой дружат…»

…В этот день в квартиру попадали только особые люди. Полчаса назад пришел генерал, сел за стол, махнул рукой и потребовал водки. Из разговоров Маша поняла: до тех людей, которые знают, где Берия, добраться не удалось. Но верные люди доложили, что недавно прошла информация: он покончил с собой в камере, Булганин сообщил об этом членам Политбюро.