Цап-царап, моя радость

Только минуту спустя он разглядел кошку, разлегшуюся у него на груди.

– Ну, это уже наглость несусветная! – сообщил он ей, невзирая даже на то, что кошка, обрадованная, что Артем открыл глаза, заурчала сильнее и попыталась потереться головой о его подбородок. – Вон отсюда немедленно!

Сбросив трехцветную нахалку на пол, он несколько раз глубоко вздохнул, чтобы унять сердцебиение, и пробормотал себе под нос:

– Это ж надо, не каждой девице доводилось здесь ночевать, а эта разлеглась, как барская барыня, со всеми своими блохами в придачу.

А обратно, на помойку, не хочешь? – сурово спросил он Изабелл, но не дождался никакой реакции.

А через час все повторилось снова, а потом еще через час и еще… Под утро Артем мог сказать наверняка только, что сам спал в своей кровати, а вот о том, где ночевало его хвостатое приобретение, старался не задумываться. Иначе выходило, что настоять на своем ему вроде как не удалось.

На работу, в крупную фирму, занимающуюся изготовлением и установкой рекламного оборудования, он явился, как всегда, начищенный и наглаженный.

Но его помятое серое лицо и круги под глазами заставляли предполагать бурно проведенную ночь, что и не преминули отметить язвительные коллеги. Артем, естественно, дал понять, что так оно и было на самом деле, не вдаваясь в подробности. В противном случае ночь в объятиях уличной кошки могла бы стать поводом для нескончаемого зубоскальства. А кому же хочется выглядеть посмешищем в глазах посторонних?. .

Решив никому пока не рассказывать о найденной на улице кошке, Артем вполне сносно провел рабочий день и более чем хорошо – вечер в компании друзей. Они отправились в спортивное кафе – пить пиво и смотреть на огромном экране, установленном над стойкой, международный футбольный матч с участием «Спартака». Наши чуть было не выиграли, и приятели порядком поистратили эмоций, выплескивая их в громких криках и в комментариях по поводу судейства и игры спортсменов обеих команд.

Домой Артем возвращался в благостном расположении духа, что называется, усталый, но довольный. Однако, открыв дверь, он опешил от неожиданности. Перед ним стояла Фрида Яковлевна и взирала на него с глубоким разочарованием и искренним недоумением во взгляде.

– Простите, но я от вас, Артем, такого не ожидала, – только и произнесла она.

– Вы о чем? – растерялся Артем.