Игра в реальность. Охота на дракона

Здесь располагается Школа для особо одарённых учеников, к которым тебе предстоит присоединиться. А ещё здесь всегда зима.

Позднее Дали узнала, что Убежище было создано двумя Творцами: дядей Антоном и Тарсом, которого в Школе все называли просто Учителем. Очень скоро она привыкла к чудесам, которые были здесь делом обыденным, да и вечная зима перестала её раздражать. Но в тот момент она буквально онемела от когнитивного шока. Дядя Антон, лучший папин друг, практически родственник, качавший её на коленях и даривший плюшевых медведей на день рожденья, вдруг оказался кем-то вроде бога.

Это было нечестно. Как же можно было всю жизнь притворяться, играть чужую роль? И зачем нужно было её обманывать? Кому же тогда верить?

– А папа? – прошептала Дали, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. Если ещё и любимый папочка ей врал всю жизнь, то как жить дальше?

Антон неверно понял её вопрос и пустился в объяснения на предмет того, почему Вертер не смог последовать за ними в Убежище. Узнав о том, что её папочка, оказывается, погиб в этом месте ещё до её рождения, Дали заплакала навзрыд.

Теперь, спустя год ей было очень стыдно за ту истерику, но обида на дядю Антона так до конца и не прошла.

Школа, располагавшаяся в Убежище, была предназначена для людей со специфическими способностями, проще говоря, для начинающих волшебников. В стенах Школы их принято было именовать продвинутыми Игроками. Ученики были, мягко говоря, весьма разновозрастными. Самому младшему не так давно исполнилось двенадцать, а самой старшей – стукнуло уже пятьдесят шесть.

Но это никого не смущало, все общались на равных. Поначалу Дали здорово резало слух, когда они называли свою жизнь Игрой в Реальность или просто Игрой. Но постепенно она привыкла, а когда прошла короткий вводный курс, то всё встало на свои места, и слово Игра перестало казаться ей неуместным.

Очень скоро девушка поняла, что она оказалась лишней на этом празднике магии и волшебства. Никаких особых талантов у неё не обнаружилось, и в Школу её приняли только благодаря отцу и Антону, которым многие тут были обязаны своей жизнью.

Осознав эту неприятную новость, Дали почувствовала себя очень неловко, как будто заняла чьё-то место не по праву. Тарсу пришлось приложить немало усилий, чтобы успокоить свою не в меру щепетильную ученицу.

– Дали, ты напрасно думаешь, что существуют какие-то особенные люди, обладающие даром, и все прочие, у которых этого дара нет,– в сотый раз пытался втолковать ей Учитель.