Три одиночества. Созидающий башню: книга II

 – Я завязла в своей прошлой жизни, как та муха в паутине, и автоматически воспроизвожу прежние паттерны семейных отношений. Но здесь, в Алате они не работают, я больше не могу позволить себе играть роль маленькой безответственной девочки, за которой стоит любящий папочка, да и не хочу.

Что ж, претензии Киры к её бывшему мужу были в какой-то мере обоснованными, супер опека Семёна была, наверное, единственной темой их семейных разногласий. Кире хотелось видеть себя сильной и самодостаточной женщиной, иногда ей даже казалось, что Семён ограничивает её свободу и препятствует реализации способностей.

Отношения с Рисом были полной противоположностью прежней иерархии в Кириной семье. Новый муж откровенно восхищался своей женой и даже думать не смел о том, чтобы как-то её опекать. Его преклонение перед силой духа и способностями Киры как бы автоматически исключало вмешательство в её личное пространство. С одной стороны, это не могло не льстить Кириному самолюбию, но с другой – возлагало на неё серьёзную ответственность не только за себя, но и за всю семью.

– Похоже, семейная ноша оказалась для героини Алата слишком тяжёлой,– губы Киры скривились в презрительной усмешке. – Это тебе не фантазировать на тему личной свободы, прячась за спиной мужа, тут нужно пахать, а не капризничать. Приходится быть сильной, когда так хочется чтобы тебя пожалели и приласкали, как ребёнка. Не удивительно, что я ностальгирую по прошлой жизни. Всё, довольно этих розовых соплей,– Кира набрала горсть снега и с остервенением принялась лепить из него упругий скользкий шарик,– пора отпустить прошлое и двигаться дальше.

– Дело в том, что всё случилось слишком быстро,– попыталась оправдаться слабая Кирина половинка,– у меня тупо не было достаточно времени, чтобы проститься с прежней жизнью. А что если вернуться назад? Может быть, тогда я осознаю, что та жизнь вовсе не была такой уж мармеладной, как мне сейчас мнится, и наконец переверну эту страницу?

– Романтично,– она скептично хмыкнула и метнула снежок в ущелье, над которым нависала открытая площадка.

Снежный комок словно провалился в вату, растворившись в колышущемся белом облаке, снизу не раздалось ни звука. – Так себе идея, если честно,– заключила брутальная Кирина половинка,– но за неимением лучшей можно попробовать.

До окончания Тиночкиных занятий оставалось почти два часа, и Кира решила, что этого времени ей за глаза хватит, чтобы нанести визит в квартиру, в которой они жили с Семёном.