Три одиночества. Созидающий башню: книга II

Тот вернулся буквально через пару минут с неожиданными вестями: отряд боевиков убрался восвояси, бросив своего парламентёра и даже не попытавшись прорваться ко входу в ущелье.

– Рис, ты что-нибудь понимаешь? – недоумённый взгляд Брина говорил лучше всяких слов. – Когда такое бывало, чтобы эти ребята отступили по доброй воле?

Боль в боку сильно мешала командиру охотников мыслить рационально, однако вычислить причину отступления Ордена было не так уж сложно. Похоже, нынешняя атака была фальшивой с самого начала, главной её целью являлась передача ультиматума городскому совету.

По всему выходило, что бедолага Тесар был не просто парламентёром, он был смертником и отлично знал, на что идёт. Собственно, предсказать, как отреагирует житель Алата на шантаж ядерной бомбардировкой, было тривиальной задачкой, а потому возвращения сего вестника апокалипсиса живым и невредимым никто не ждал.

Что ж, судьба оказалась благосклонной к научным потугам Риса и таки подкинула ему материал для опытов, правда, три лишние дырки в теле подопытной мышки запросто могли свести на нет ценность сего неожиданного подарочка.

– Брин, проверь, этот парень ещё дышит,– Рис махнул рукой в сторону неподвижного тела Тесара.

– Пока дышит,– констатировал помощник, прощупав пульс раненого. – Добить?

– Ни в коем случае,– Рис буквально подскочил на месте и тут же скривился от боли в раненом боку. – Запакуй его так, чтобы не окочурился по дороге, и тащи в бункер.

Нужно его слегка подлатать, мне нужно его допросить.

– Тебя самого нужно подлатать,– огрызнулся Брин,– а боевиков допрашивать без толку, они всё равно ничего важного не знают. Ну даже если и знают, то хрен ты чего из этого парня вытянешь.

– Не сомневайся, этот мне всё расскажет,– Рис злорадно ухмыльнулся,– даже если будет молчать как рыба. А обо мне не беспокойся, рана пустяковая,– беспечно отмахнулся от дружеской заботы раненый, даже не подозревая, какие фатальные последствия будут у этого с виду невинного происшествия.

Глава 4

Красное и белое. Чайная ложечка принялась за дело, и скоро сметана с клубничным вареньем превратились в однородный розовый мусс. Кире всегда нравилось наблюдать, как алые ручейки закручиваются в тоненькие спирали и наконец полностью растворяются в белой подушечке сметаны, возможно, даже больше, чем уплетать сырники со сметано-клубничным соусом.