Игра в Реальность. Путь

 – Как-то не тянут они на детей Создателя.

– А у них назначение иное, чем было у вас с Сабином,– пояснил отец,– они должны просто быть, ну и заодно дрессировать местных дикарей.

– Да-а-а,– протянул сын,– ничего не меняется к лучшему.

– Что, ностальгия по прошлому замучила? – Венн ехидно хохотнул. – Хотел бы всё вернуть, да поздно.

– Если честно, ни капельки,– усмехнулся Антон,– меня же тогда постоянно за что-то наказывали. Единственное светлое пятно – это наши прошлые отношения с братом. Я бы дорого дал, чтобы всё между нами было как прежде.

– А ты помнишь, как он тебя называл? – Венн задумчиво улыбнулся.

– Не только он,– подтвердил Антон,– чуть ли не все в посёлке звали меня Ангелом. Кличка прилипла как банный лист. Не слишком лестное прозвище в мире, где больше всего ценится брутальность и мужественность, не находишь?

– Тебе тогда как раз исполнилось тринадцать,– Венн мечтательно закатил глаза,– и ты был худым, как селёдка, да ещё и белобрысым. Прозвище тебе подходило необыкновенно, вот только называли тебя Ангелом не за внешность.

Помнишь, кто дал тебе эту кличку?

– Разве такое можно забыть? – Антон вздохнул и отвернулся. – Годвин, так звали того парня. Он ведь был очень молод, чуть за двадцать, да?

– Ему только-только исполнилось двадцать два, когда вы с Сабином его убили,– Венн произнёс это ровно, не обвиняя, просто как исторический факт.

Антон удивлённо посмотрел на отца. Неужели история смерти Годвина так и осталась секретом для этого могущественного колдуна? В прежние годы ему казалось, что от всевидящего взора Венна ничто не в состоянии было укрыться.

Однако факт на лицо, никто не идеален, даже Создатель. Антон не любил вспоминать ту историю, она была совсем невесёлой, да и закончилась трагически. Хотя, если подумать, то все первые годы его жизни состояли из таких вот историй. Просто эта была первой.

В начале пути…

Плиты пола были гладкими, ноги многочисленных паломников натёрли их до блеска.

Гор и Сабин шли вдоль узкого прохода рукотворной пещеры, не зажигая света, чтобы невзначай не привлечь внимания хранителей, если тем случайно приспичит наведаться в храм в этот неурочный час. По стенам тоннеля кое-где стекали прозрачные струи воды, и брызги, попадая на гладкий пол, делали его скользким, как лёд, приходилось ступать очень осторожно, чтобы не упасть.

Гору в тот день исполнилось тринадцать, а Сабин был всего на пять лет его старше.