Учитель для ангела

 – Тебя с ней связывали интимные отношения?

– Я её любил,– сорвалось невольное признание с уст Фараса,– люблю,– поправил он сам себя уже тише. – Грейс была для меня всем, я жил только ради неё.

– Извини, не хотел тебя обидеть,– неискренне повинился Вран, поскольку совершенно не представлял себе природу подобных отношений, а потому принял признание Фараса за аллегорию. – Судя по твоему расстроенному виду, ты потерял связь с этой женщиной, но с чего ты взял, что она была игроком?

– У Грейс были видения,– нехотя отозвался Фарас,– и в них она видела наш мир.

Сначала я принял её рассказы за фантазии, но там имелись такие детали, что мои сомнения рассеялись. Грейс казалось, что её видения – это что-то вроде картинок светлого будущего её мира, но я-то знал, что это были просто воспоминания об утраченном прошлом.

– Ты ей рассказал, кто она такая на самом деле,– это было скорее утверждение, чем вопрос, Вран даже не сомневался, что этот слабак не сумел удержать свой болтливый язык за зубами. – Ну и что вы надумали? Сбежать в Аэрию?

– Держать её в мире Игры было несправедливо,– запальчиво заявил Фарас,– Грейс имела право жить в родном мире.

– Надеюсь, у тебя хватило ума не пытаться протащить её через барьер самому? – Вран вздохнул и устало откинулся на спинку кресла, образ действий этого дилетанта можно было предсказать без всякого труда. – Ты вызвал сталкера и приказал ему вытащить твою женщину из Игры. Удивляюсь, что он согласился.

– Я пригрозил, что иначе выгоню его из отряда,– сознался Фарас.

 – В конце концов, члены клана имеют право на…,– он не успел договорить, когда Вран вмешался в его оправдательную речь.

– Гнусность,– язвительно подсказал он. – А ты не подумал, какие последствия это будет иметь для объекта твоего шантажа? Думаю, тебе это даже в голову не пришло. Правильно тебя приговорили, за дело.

– Зря стараешься,– глаза Фараса потухли, словно он вдруг из живого аэра превратился в каменную статую,– я уже понёс заслуженное наказание.

– Она не прошла барьер,– догадался Вран,– этого и следовало ожидать.

Далеко не все коренные аэры способны выдержать переход, не даром же доступ к Игре ограничивают, а уж игрок, зависший в этом отупляющем мире на много циклов, вообще не имеет шансов. Ты мог бы и сам догадаться, чем всё закончится.

– Я ошибся,– голос Фараса сделался совсем безжизненным,– мне казалось, что между мной и Грейс нет никакой принципиальной разницы.

– Так, может быть, она жива,– предположил Вран.