Игра в Реальность. Сказка о смерти

На появление дочери предводитель клана никак не отреагировал, словно и не слышал, как скрипнула дверь. Уже предчувствуя беду, Эйвис сделала несколько быстрых шагов в сторону застывшего в трансе родителя, и сама замерла на месте. На кровати, утопая в мягкой перине, лежала мама, её лицо и руки были белее снега, и на фоне залитых кровью простыней и платья, казалось, принадлежали мраморной статуе, а не живому человеку. Впрочем, остаться в живых после того, как твою грудную клетку буквально разорвали пополам, было невозможно.

Какому извергу пришло в голову так убивать беззащитную женщину? Это просто в голове не укладывалось.

Отец медленно поднялся и, не глядя на дочь, накинул простыню на растерзанное тело своей жены. Эйвис рванулась к матери, но папа её перехватил и прижал к своей груди. Она немного подёргалась и затихла, уткнув лицо в его плечо. Нет, она не плакала, ронять слёзы Эйвис отучили в самом раннем детстве, наследница правящего клана не имела право проявлять слабость.

– Почему ты не защитил маму? – спросила она, и голос девушки совсем не дрожал.

 – И где была охрана?

– Спокойно, малышка,– отец погладил дочку по гладко зачёсанным волосам. – Все наши защитники сейчас отражают атаку во дворе, и нам с тобой тоже следует быть там. Мама осталась на ночь в главном зале, хотела помолиться за Рупера в одиночестве. Кто же мог такое предвидеть?

– Почему они напали именно на неё? – вспылила девушка. – Мама ведь не может претендовать на кресло наместника.

– Это не клановые разборки, детка,– вздохнул отец,– на самом деле им нужна ты.

Только они плохо изучили древние рукописи и решили, что хранительница и есть семя жизни.

– О чём ты говоришь? – Эйвис вырвалась из рук отца.

Тот молча расстегнул ворот комбинезона и снял с шеи шнурок, на котором висел небольшой голубой кристалл, по форме и размерам напоминающий зернышко миндаля.

– Надень это,– отец протянул дочери подвеску. – Не бойся и не удивляйся, будет немного больно.

Девушка приняла подарок из рук отца и поднесла кристалл поближе к глазам.

Тот, словно только того и ждал, начал мягко светиться, постепенно набирая яркости.

– Этот артефакт называют семя жизни,– отстранённо произнёс отец,– он указывает на своего хозяина. Видишь, он указал на тебя. Мама была его хранительницей, пока тебе не исполнилось двенадцать. Мы хотели передать тебе кристалл на твоё совершеннолетие, да видно, придётся сделать это раньше. Надевай.

Эйвис послушно надела шнурок себе на шею.