Кто сказал, что в мафии только мальчики? 4

Изжога только мучила с восьмого месяца и всё. Ни токсикоза, даже особенного ничего не хотелось. Представляешь? – ударилась я в воспоминания

В уборную вошли девочки.

– Как она? – спросила Ника

– Сейчас всё будет хорошо.

Настю опять вырвало.

– И так все девять месяцев будет? – спросила Вика

– Нет, конечно. Насть, как там дела?

– Вроде норм.

Всё смыв, Настя ополоснула рот и мы вышли на улицу.

– Может яблочко? – спросила я

– Сейчас я разберусь в своих ощущениях.

Мы вернулись в беседку.

– Иди ко мне, маленькая.

Сергей встал с кресла и они вдвоём пересели на диван. Она скрутилась калачиком под его крылышком и, положив голову ему на грудь, закрыла глаза. Вскоре Настя уснула и Сергей, со всеми попрощавшись, отнёс её домой. Мы ещё посидели немного, Андрей установил Черкасову коды всех на телефон и все, пожелав ему и Нике хорошего полёта, разъехались.

Уже лёжа в кровати, Волков нежно обнимал меня, притянув к своей груди.

– Я так счастлив, что ты не мучаешься, как Настя.

– Ты не представляешь, как я счастлива.

 – усмехнулась я

Я повернула голову и посмотрела на улыбающееся лицо Волкова.

– Малышка моя. Люблю тебя.

Я повернулась к нему лицом и поцеловала сначала нежно, потом страстно.

– Люблю тебя. – сказала я на выдохе

И взобравшись на него сверху скинула с себя топ и со всей страстью накинулась на его губы. Мы перекатились и он, переплетя свои пальцы с моими, проделал влажную дорожку от моей шеи до живота, не забыв про обе вершинки, которые успели затвердеть от его ласк и, задержав на животе свои губы, нежно его поцеловал.

Тяжело дыша и щекоча кожу своим дыханием, он отстранился и посмотрел на меня.

– Сонь, я не.......

Даже несмотря на заверения врача, Волков всё равно задаёт иногда этот вопрос.

– Нет.

Я приподнялась, притянув его к себе и, сняв с него бельё, провела рукой по кубикам на его животе вниз и, обхватив его член, начала медленно и нежно водить по нему, иногда большим пальцем поглаживая головку. Отстранившись от моих губ он застонал от удовольствия и опять будто голодный зверь накинулся на мой рот, исследуя его языком и слегка покусывая губы.

Он провел языком вверх по моей шее, одновременно оставляя поцелуи, захватил губами мочку уха, слегка прикусив её, а затем вернулся к моим губам. Он был давно готов заполнить меня до отказа, а я продолжала ласкать его, доставляя и усиливая удовольствие. Я уже сама была мокрой от нестерпимого желания и необходимости почувствовать его в себе.