Кто сказал, что в мафии только мальчики? 8

Трое из них как раз и были тренеры, которые приносили мне продукты и питьё. Этот отрезок моей жизни сахаром никак не назовешь, но все было не зря. Не зря потратил столько сил. В начале я это делал из злости. Мне не хватало сил, чтоб получить то, что я хочу, но под конец моего заточения меня будто на сто восемьдесят развернуло. Я многое осознал и начал каяться. Первой была Соня. Следующий Халид, но я до сих пор не могу представить, как буду ему в глаза смотреть. Уверен, что он давно простил моё предательство.

Он не тех людей, которые будут держать обиду и злость. Он рассудительный, справедливый,......мудрый. И, когда я сам смогу простить себя, вот тогда мне хватит смелости прийти к нему.

Я подъехал к зданию и глянул на окна пятого этажа. Горит свет. Кто-то наверняка из наших. Поднимаюсь, благо есть лифт, открываю дверь и ко мне спиной стоит Софи, перебирая бумаги. Я закрыл дверь и она обернулась.

– Привет. Наконец-то. – улыбнулась она и, подойдя, обняла. – Как ты? Почему не сказал, что вылетел? Мы бы встретили.

– Ничего. Как видишь, не развалился.

Я сел в кресло и погладил больное место на ноге.

– Болит?

– Уже нормально всё.

– Сними брюки.

– Больше ничего мне снять не надо?

– Я посмотрю. Может обработать надо.

– Мне всё сделали перед вылетом. Спасибо.

– Почему ты такой упрямый?

– Какой есть.

– Я так понимаю, всё хорошо?

– Раз вернулся, то да.

– Может расскажешь в подробностях.

– Как будто тебе интересно.

– Чего ты злишься?

– Я не злюсь.

Я говорю правду. – откинулся я на спинку кресла и посмотрел на неё в упор

– Надеюсь, тебя не видели?

– Только Сергей и ещё один человек.

– Что за человек?

– Грек. Он помогал им.

– Он представляет опасность для тебя?

– Нет.

– Ты уверен?

– Из всех, кто был там, о моём присутствии знают только трое и количество не вырастет, не переживай.

– А кто третий?

– Соня.

Она тихо зашипела и показала оскал.

– Тебя кто-то кусает, когда я произношу её имя? Не подскажешь кто?

– Ответ слишком очевиден, чтоб его озвучивать.

– Никак не успокоишься?

– Я и не обязана это делать.

– Тебя что-то не устраивает?

– Даже очень.

– А по конкретнее.

– Мне непонятно, почему ты носишься с ней? Но больше всего меня мучает вопрос, почему мы должны рисковать своей жизнью из-за неё и ты больше всего?

– Это все вопросы?

– Ответь сначала на эти.

– Ответ очень простой.