Sabbatum. Химеры

Поэтому на его месте снова стоит темно-оранжевый неудобный монстр. А на окне завял тюльпан, оставив тонюсенькую ниточку стебля, засушеные лепестки, как крылья бабочки, и черную бесплодную землю. Все. Умер. Нет Мелани, чтобы каждый раз реинкарнировать цветок.

Тоска от разлуки с любимой заполняет все мое существо, так что я, недолго думая, открываю окно и швыряю горшок на улицу, выплескивая наполняющие меня эмоции в одном броске. В этот момент за окном замечаю Реджину, выходящую из своей машины. Горшок с грохотом разбивается у черного седана, чуть не попав на капот.

Светоч неспешно поднимает голову и встречается со мной взглядом. Хелмак слышит, как клокочет ненависть во мне обрывками сумбурных мыслей, в том числе злость и на нее, что тронула комнату моей любимой. Я встречаю взгляд Главной и посылаю ей мысль: «Катись к черту!». После чего закрываю окно, выхожу из спальни Мел и блокирую дверь заклинанием, чтобы ни одна горничная туда не сунулась.

– Что это было? – из комнаты напротив внезапно появляется Курт.

Рыжий, высокий, широкоплечий.

– Ты про что?

– Про грохот, – он кивает на дверь комнаты Мелани.

– Ничего. Просто Реджина выбрала бунт.

– В смысле? – в позе Ганна проявляется оживление. Раньше он не был столь мрачен и сдержан. Теперь Курт стал похож на меня. И эмоции редко нарушают этот холодный вид.

– Она решила кого-то заселить в комнату Мелани, забыв спросить меня.

– Хм… Понимаю. Но она директор. Светоч. И это ее школа.

– Да? А когда она человек? – Курт понимающе кивает.

 – Что за новенькие?

– Не знаю. Реджина взяла кого-то, пока мы без лицензий Сената. Это даст хоть какой-то доход.

– Ты идешь на завтрак? – Курт жмет плечами. Из него слова теперь клещами надо вытягивать. – Ты снова к Джесс уходишь?

Ганн кивает с неким отсутствующим видом, в задумчивости потирая пальцем губы, будто не видит других вариантов, как провести день. Выбор не велик. Я бы тоже куда-нибудь дел себя.

– Думаю, что Реджина захочет нашего присутствия за обедом, поэтому к Джесс я пойду после.

Ты тоже особо далеко не девайся, – Курт указывает рукой на дверь Мелани. – Скорее всего, потребует объяснений. Готовься.

Я еле сдерживаюсь, чтобы не послать Хелмак вслух. В итоге понимаю, что говорить с Куртом больше не о чем, исчезаю с лаконичным «бывай» и прощальным жестом.

Последние дни после предательства брата Ганн прозябает на квартире у своей подружки. Он тоже не понимает, как Кевин мог предать нас ради Химеры.