Быть Героем

Как он и предполагал, соотношение ценности драгоценных металлов и товаров практически не отличались от того, что он видел в Княжестве. Расплачивались здесь в основном серебряными и медными монетами, золотых Паша так и не увидел, но знал, что они есть, и каждая такая монета может обеспечить человека вполне сытой жизнь не менее чем на пару недель. Пудры, в том виде, в котором ее привез Павел, ему найти не удалось, так что цену на нее он мог назначать сам. Помада продавалась в банках, и брали за нее по серебряной монете, в зависимости от качества и количества цена разнилась, но никто не мог предложить такой помады, которую привез Павел.

– Павел, просто Павел, – представился Паша.

– Что желаете купить? – спросил торговец.

– Желаю продать вам эксклюзивный товар, который будет пользоваться спросом у богатых людей, как вашего, так и других городов, – Паша решил избежать долгих предисловий.

Толстяк нахмурился еще больше, на этот раз выражая искреннее недоверие, но Паша, не обращая на это внимания, пригласил его отойти за ширму и показать товар. Мигэля он оставил снаружи, стеречь коней. К слову, тот долго причитал о том, что коники устали, что он чувствует их боль и не будет на них ездить. Однако, после того как ему было предложено пробежаться рядом с «кониками», эльф все-таки перестал сильно их жалеть, и согласился перемещаться верхом на коне.

Демонстрация косметики выдалась на «ура», Люций хотел забрать все, но две пудреницы и помаду с зеркальцем Павел все же оставил себе, полагая, что эти вещи еще можно будет принести кому-нибудь в дар, или же продать, когда станет совсем туго. В итоге, в результате долгих торгов, а Люций был в этом деле большим специалистом, Паша получил пять золотых монет, две серебряных и целую пригоршню медяков. Паша специально запросил именно такой расклад монет, чтобы не менять золото по пустякам и расплачиваться медью.

Два золотых Павел потратил на седла для своих скакунов, запас воды, муки, овса для коней. Туда же вошел и запас продуктов на неделю, и две кожаные шапочки. Одну Паша надел на эльфа, уши которого постоянно норовили выглянуть из-под светлых прядей. Паша не знал, являются ли эльфы здесь нежелательными посетителями, но предпочитал оставаться в неведении, нежели попасть в неловкую ситуацию.