Быть Героем

Одет он был в темную хламиду с глубоким капюшоном, из-под которого виднелись только слипшиеся космы седеющих волос. Шел он явно с трудом, пошатываясь, будто перекатываясь с ноги на ногу. Покрытые темными пятнами, худые руки с выпяченными венами, исходились мелкой дрожью, которая передавалась на металлические четки, жалобно звеневшие от вибраций.

– Эмм… – Паша не совсем понимал, что можно ответить на подобный вопрос, – Я просто осматривался.

– Да? – будто разочаровавшись, спросил горбун.

– Да, пока что да, – немного подумав, ответил Павел.

Тогда горбун, шаркая ногами по скрипучему полу, удалился в каморку. Вскоре он вернулся оттуда, будто решив проверить, не пропал ли покупатель.

– Я хочу кое-что предложить. Кое-что, что будет тебе интересно. Я хочу поменяться с тобой, – карлик, казалось, едва слышно усмехнулся в конце фразы.

– На что ты хочешь меняться? – расставаться с чем-либо не хотелось, потому произнес это Павел с вызовом.

– У тебя в сумке есть один амулетик, – хихикая, проговорил карлик, крючковатым пальцем указав на заплечный мешок клиента.

«Амулет…»: Паша вспомнил, что успел взять побрякушку, перед тем, как ухватиться за кинжал в комнате Димы. Сам он ценности в нем не видел, но теперь понимал, что наверняка амулет не прост, раз карлик его почувствовал.

– А не много ли ты просишь? – блефовать он решил в последний момент, потому вопрос звучал не совсем уверенно.

– Хм… Мой товар будет куда полезнее для вас, – горбун быстро, чуть не падая, вернулся в каморку, то ли сильно торопясь, то ли имея привычку ходить именно так.

Такая спешка лишь укрепила Пашины подозрения о том, что амулет имеет реальную ценность и горбун хочет его обмануть. «Что ж, не продешевить не выйдет, потому что я даже не знаю, что это за амулет, но, потому он и бесполезен для меня сейчас. Ведь я и не собирался его как-то использовать до, а значит, ничего не теряю»: решил Павел, но сумку снимать с плеч не торопился, ожидая горбуна с его предложением.

Вскоре тот вернулся, неся в руке продолговатый сверток.

Внутри было завернуто что-то походящее на небольшую булаву. Горбун, весь трясясь от возбуждения, принялся разворачивать тряпки, кидая их прямо на пол. При этом он что-то бормотал, а то и вскрикивал что-то абсолютно непереводимое, наверно, ругая неподатливые тряпки.

– Скипетр огня, пару раз в день работает вообще без всякой помощи, а дальше уже сам, – казалось, горбун сам любуется скипетром, – Хорошая вещь.