Секс АНДЭ!

– Я говорю, что будет, если мы разобьемся?..

Я перестала рассматривать мужиков и очень подробно ей рассказала – что.

– Сперва, конечно, объявят о катастрофе по телевизору. Потом начнут разыскивать самолет. Я же говорила, да, что моя бабка врач? Так вот, лечить будет нечего… Ты знаешь, когда самолет падает с большой высоты, трупы голые?.. Пуговицы срывает напрочь… Я, к примеру, надела футболку без пуговиц и спокойна.

Алькины, без того круглые глаза, были словно две плошки. Я почесала в затылке, додумала, что потом, когда нас всех опознают, то вернут безутешным родственникам деньги за билеты.

Так что, по крайней мере, тут она может не волноваться.

– …а затем нас забудут. Перейдут к другим новостям.

Алька громко сглотнула, кожа стала совсем молочной… Она опустила глаза и больше уже ничего не спрашивала.

Во-всяком случае, у меня.

III. Темное прошлое белобрысин

Почти все мужики летели, как выяснилось, не с нами. Фирма выкупила почти весь рейс. Куда не плюнь – простые рабочие девушки.

Будущие хостесс. Тоненькие, беленькие, маленькие. Они смотрят на нас, высоких, как лилипуты на великанов и сплетничают на незнакомом мне языке.

– Такое чувство, что у Дмитрия Сергеевича что-то личное против белобрысых, – сказала Ольга. – Он всех нас высылает из города…

– Ага, – согласилась я, хотя и знала, что у него слабость к светловолосым.

– Везучая же ты, – завистливо вздохнула она и накрутила на палец одну из моих прядей. – Чем ты их осветляешь, что они ни фига не портятся?

– Это мой цвет, – в сотый раз ответила я.

 – Ты же видела майнэ мадэр.

– У тебя ресницы и брови черные!

Это была больная для Оли тема. Она все лето ждала, пока мои «белобрысины покажут темное прошлое» и теперь ожидание вступало в финальную фазу.

– Ты разбираешься в генетике? – спросила я с умным видом.

Ее глаза доверчиво заглянули в мои.

– Неа…

– Как бы тебе объяснить попроще, – задумалась я. – Понимаешь, мои родители были такими молоденькими, что папа почти что сразу спускал.

Не успело как следует размешаться!

Ольга обиделась и, отгородившись кроссвордом, дала мне это понять. Я какое-то время пыталась быть независимой. Оглядывалась в поисках других собеседников. Но рядом, через проход, сидели только два зеленых корейца. Видимо, как Лера, не выносили полетов.

Я дала им по леденцу, чтобы завязать диалог. Читала где-то, что это помогает от тошноты. Меня синхронно, по-английски, поблагодарили и сунули леденцы в карманы.