Улыбка с глазами печали

Я уже сама устала от препирательств с ним, поэтому легко согласилась.

Мы немного погуляли с ним по набережной. Максим все время держался на некотором расстоянии от нас.

Сначала просто шли рядом молча. Потом Вадим сказал:

– Почему бы тебе не распустить свои волосы, как раньше.

Я потрогала туго стянутый заколкой пучок волос.

– Мне так удобнее.

– А с распущенными, ты бы стала красивее и раскованнее.

– А мне это нужно?

– А тебе это совсем не нужно? – вопросом на вопрос ответил мне Вадим.

Я остановилась у моста, отвернулась от Вадима и наклонилась к каналу.

Вода дыхнула на меня острым запахом тины. Не отвернувшись, продолжая вдыхать этот запах, я стала смотреть вдоль канала. Здесь вода была закована в благоустроенные человеком берега. Зеленый дерн радовал глаз, но накрепко сковал реку в рамки канала. Через пятьсот метров, канал заканчивался огромной трубой, через которую вода с диким грохотом и тысячей искрящихся брызг вливалась в широкую реку. А та река была свободной. Вольной затоплять или размывать берега… Вольной на все.

Мне захотелось… очень захотелось распустить свои волосы. Но что-то удерживало меня. Толи привычка, то ли желание сделать наперекор Вадиму.

Но Вадим вдруг сам взял и сдернул заколку с моих волос.

– Больно! – вскрикнула я. Повернулась к нему с гневным лицом.

– Зато как красиво, – тихо сказал Вадим и пошел дальше, принуждая меня следовать за ним.

Непонятно откуда взялся теплый летний ветер. Растрепал мои волосы. Я остановилась, пытаясь привести их в порядок.

Но ветер как будто задумал поиграть с ними и закрутил вокруг меня настоящий вихрь. Вадим смотрел, как я борюсь со своими волосами и задумчиво произнес:

– Русые волосы по ветру.

Догнать бы, понять бы,

Как шелк или атлас…

Я прекратила борьбу и уставилась на него в недоумении.

– Ты читаешь стихи?

– Да.

– Чьи они?

– Мои.

– Ты серьезно?

– Как никогда. Только что придумал. Ты стала моим вдохновением.

– Не могу поверить, что олигарх Кузнецов способен придумывать лирические стихи.

– Не иронизируй, – сказал он жестко, схватив меня за предплечье. Его черные глаза впились острым взглядом в мои. Что они там хотят увидеть? Я отвернулась. Он дернул меня за руку, заставляя смотреть на себя. Я вспомнила кто передо мной. Конечно, мне не следовало забывать об этом.

Тут перед моими глазами возник образ Тимура, смотрящего в окно, ожидая меня. Какой стыд. Я ни разу не вспомнила о нем за этот вечер.