Адское соглашение

Вспомните мираж коммунизма: народ тогда на одном вдохновении столько лет за идею, засучив рукава, работал…

Тем временем публика от возлияний разогрелась, и в зале, на фоне непонятно откуда разливающейся приглушённой музыки, нарастал гул. Люцифер вновь позвонил в колокольчик, и всё стихло. Даже музыка.

– Итак, пришло время состязаний! – он повернулся к Азазелло и кивком дал знак.

Тот встал и величественно объявил:

– Сегодня право судейства передаю Вельзевулу. Вельзевул, займи трон судьи!

Безобразный нелюдь, похожий на насекомое, поднялся по ступеням на возвышение и взгромоздился на огромное кресло, украшенное блестящими камнями и расписанное вензелями.

– Победителя ждёт танец с очаровательной Кариной! – с этими словами Азазелло, резко дёрнув за руку спутницу, заставил её подняться.

Среди толпы прошёл гомон ликования. Карина ошеломлённо посмотрела на минуту назад мило улыбающегося ей кавалера и попыталась освободить руку. Её глаза наполнились слезами унижения.

Из-за столов одновременно вскочило несколько мерзких безразмерных упырей, желающих участвовать в состязании. Похотливо причмокивая, они разглядывали желанный "будущий приз", пока люди в чёрных одеяниях – видимо, это униформа прислуги – внесли столы.

Желтоглазый наконец отпустил руку Карины, и она, закусив губу, быстро скрылась из вида, зайдя в арку справа от стола.

– Люцифер, в чём заключается поединок?

– Всё просто. Чревоугодие. Кто дольше продержится, тот и победит.

– Пока состязание не началось, я могу посетить дамскую комнату?

– Да, конечно, – он хлопнул в ладоши, и откуда-то возникла Яна.

Как я и предполагала, она проводила меня к той же арке, в которой скрылась Карина.

Когда я вошла, девушка всхлипывая возле зеркала, промакивала салфеткой слёзы. Увидев меня, резко отвернулась, как будто её ударили.

– Карина, чем я могу тебе помочь?

Я чувствовала её боль, и мне хотелось хоть как-то утешить девушку.

Карина повернулась и вдруг расхохоталась мне в лицо:

– "Помочь", говоришь? Ты? Ты себе лучше помоги, помощница…– её глаза, полные отчаяния, при этом не смеялись.

Она открыла кран с водой и, смочив салфетку, стала подтирать растёкшуюся от слёз тушь.

– Откуда ты, заступница?

– Из Торжка.

Карина вдруг застыла и посмотрела на меня внимательно.

– Это же Тверская область?

– Да.