Переведи жизнь заново

Уж не знаю, была ли она родственницей того известного поэта, что прославил наши земли, но книга ее была увлекательной. Ясное дело, что она стремилась подражать английским авторам готических романов и, вероятно, была поклонницей Мэри Шелли и ее «Франкенштейна». Мрачную атмосферу романа руовы Корхонен, эти семейные проклятия, предчувствия скорой смерти и приятное ощущение ужаса лучше всего можно прочувствовать, читая ее книгу в моем доме. Мое имение было отрезано от цивилизации – я бывал в городе очень редко, лишь для того, чтобы купить продуктов и показаться в издательстве, где я брал перевод романов на дом.

А осенью и весной я и вовсе не выходил дальше ворот – море в это время опасно и поэтому мне приходится весной и осенью жить лишь за счет припасов, хранящихся в погребе. Благо, места для хранения мяса, муки и овощей, мне хватало. К тому же, мое имение было довольно старым и, конечно же, знало много смертей – я знал по меньшей мере восьмерых своих предков, умерших здесь. В то время, как многие европейцы переходили на газовое освещение, я до сих пор пользовался свечами и масляной лампой. Все это, вкупе с родовым склепом, что расположилось в конце старого сада, раскинувшегося неподалеку от моего дома, действительно создавало атмосферу готического романа не на страницах книг, а в моей жизни.

В один из вечеров, уже в час отлива моря, я как обычно читал роман руовы Корхонен и одновременно строчил на печатной машинке текст этого романа, но уже на английском языке.

Я был так погружен в пугающие события, происходящие в одном английском замке, что вздрагивал от малейшего шума за окном. Чтобы работа была еще увлекательнее, я достал из погреба бутылочку доброго глёга. Пряное вино – это лучшее, что может сопровождать мой вечер. И вот я, уже захмелевший, но не лишившийся рассудка, дошел до того, как в романе руовы Корхонен коварный граф Босомли назначает хорошую плату за голову короля Эдуарда. Читая одну главу за другой, я не заметил, как опустела моя бутылка, еще совсем недавно наполненная глёгом. А дальше началось то, что совершенно стерло грань между реальным мной и вымышленным сюжетом. Сначала я ощутил, как ветер скользит по моей шее и рукам. Но откуда ему взяться? Чердак заперт, окна закрыты, ровно, как и двери. А в каменном полу не могло быть щелей. Дальше – больше. Стекла на окнах покрылись инеем так, словно сейчас свирепствовала зима.