Цветение и увядание

Немолодой, но и еще не ступивший в старость, граф Ниеминен, носил парадный мундир с множеством наград и орденской лентой. Он был видным человеком, талантливым полководцем в свое время. Дворянский титул придавал его имени еще больше блеска. Обменявшись парой рядовых фраз с хозяевами, Суома и ее мать, как почетные гости вечера, были приглашены ими в зал.

До начала бала оставался целый час, и поэтому руова Виртанен, решив не терять времени даром, стала знакомиться с приглянувшимися ей господами. Покамест мать вела приятные беседы с незнакомыми Суоме людьми, несчастная девушка, впервые оказавшаяся на этом торжестве роскоши, трепетала всем телом.

Ведь скоро начнется бал, а полонез – ее слабое место. И не отказаться ей теперь, сославшись на какую-нибудь нелепую причину, ведь в этом парадном танце-шествии примут участие абсолютно все приглашенные…. Суома так боялась быть на виду у публики… В хореографическом зале, наедине с учителем, она танцует, как балерина, а когда ее видит три сотни человек… Будет ужасно неловко, если ее пригласит на танец молодой аристократ, а она будет неуклюжа.

И вот, около девяти часов, хозяин вечера объявил о начале бала. Заиграл оркестр. Цветы этого вечера, милые девушки и обаятельные юноши, поклонившись друг другу, начали плавные движения, сливающиеся в один бесподобный танец под торжественную, необычайно живую и полную какой-то невероятной возвышенности, музыку. Суому пригласил сын известного поэта по фамилии Мякиярви, прекрасный юноша со светлыми, вьющимися волосами и статью, присущей лишь профессиональным танцорам или военным.

Он был старше нее и, очевидно, знал толк в покорении женских сердец. Его чары, вероятно, распространились и на нее. После полонеза она была влюблена, а после благородного менуэта воспылала к нему страстью.

Покуда дочь наслаждалась прекрасной музыкой и своим очаровательным кавалером, руова Виртанен беседовала с одним финским ученым, с которым познакомилась около получаса назад.

– Мой отец был простым торговцем, – рассказывала руова Виртанен.

 – Но, рожденному графом, торговать не слишком уместно. Вскоре он подался в политику, и, видит бог, был в этом прав.

– У вас очень красивая дочь, – признался в своих симпатиях ученый. – Такая заморская внешность. Настоящая ирландская красота!

– Всю жизнь мечтала быть рыжей, но родилась блондинкой, что для финских земель неудивительно, – засмеялась руова Виртанен, кокетливо прикрыв улыбку веером из розового кружева.